Легенда о диком сердце и море часть четвёртая

Говорят, что после той ночи разлуки
море долго не находило покоя.
Штормы становились всё яростней,
ветер выл, как сердце, разорванное надвое.

Она — дух воздуха, светлая буря,
бродила над волнами, зовя его имя.
Он — дух глубины, тёмная тишина,
слушал её голос сквозь толщу воды.

И каждый раз, когда она проходила над морем,
волны поднимались, как руки, тянущиеся к свету.
И каждый раз, когда он поднимался из глубины,
ветер дрожал, как сердце, узнавшее родного.

Но море — древнее, ревнивое —
всё ещё пыталось удержать их порознь.
Оно поднимало штормы,
оно звало глубины,
оно шептало ветрам:
«Не дайте им встретиться».

И всё же однажды случилось то,
чего море не смогло предвидеть.

В ночь, когда луна была полной,
когда бриз был тих,
когда глубина дышала ровно,
она спустилась ниже, чем когда;либо.
Он поднялся выше, чем позволяла стихия.

И там, где воздух касался воды,
где ветер встречался с глубиной,
их тени сошлись —
сначала робко,
потом смело,
потом неразрывно.

Море взревело —
но шторм не поднялся.
Ветер дрожал —
но не разорвал их.
Глубина звала —
но не смогла удержать.

Потому что любовь,
что пережила смерть,
разлуку,
ревность стихии,
стала силой,
которую море не могло победить.

И тогда море…
сдалось.

Волны легли мягко,
как покрывало.
Ветер стих,
как молитва.
Глубина отступила,
как тень.

И два духа —
светлая буря и тёмная вода —
соединились там,
где воздух целует море.

Теперь говорят:
если ночь тиха,
если волны гладкие,
если бриз несёт солёную нежность —
значит они идут вместе,
как два сердца,
которые море больше не разлучает.

Она — дыхание ветра.
Он — пульс глубины.
И любовь их —
легенда,
что сильнее штормов,
сильнее смерти,
сильнее самого моря.