Сашка ч. 5 гл. 4

                4

Он приметил её, когда возил песок из карьера. Возле карьера стоял вагон, где шоферам подписывались накладные. С Валей работала напарница Нина, тёзка Сашкиной жены. Красавица! А Валя ему показалась чересчур молодой – на вид лет шестнадцать. И он пошутил, принимая накладную:
- Кто школьницу усадил здесь?
Девушки засмеялись. И получилось так, что он стал подвозить их до посёлка, к их жилью. Нина приглянулась ему  намного больше – стройная, смуглая, как цыганка, но у неё были муж и сын. Они иногда выходили встретить жену и маму у ограды. Муж здоровался с Сашкой и приглашал на чай. А Валя жила с матерью. Роман с ней начался в кабине - произошёл первый поцелуй, и в кабине же, когда высадили Нину и поехали покататься, Валя ему отдалась. Настал у Сашки медовый месяц. Молодые наслаждались друг другом и в кабине, где фантазировали в поисках позы, и в палисаднике её домика, вечером, на Сашкином пиджаке. Валя была раньше замужем, но не выдержала пьянства мужа.
Жена с тёщей, ещё не зная о Сашкином романе, заметили охлаждение его к семье, но пока не учиняли   допросов, полагая, что связано это с интересным положением жены.
Валя говорила ему, что он ей нравится, но семью разбивать не будет. И, в то же время, приучала его к себе. Сашка понимал её хитрость и с охотой шёл навстречу, больше развлекаясь, чем серьёзно относясь к  роману. Но, со временем, глаза её стали тревожить его. И он понял, что она ему стала нравиться. Он этого не хотел, ещё надеялся прикипеть к жене, чуть позже, когда родит. Ведь у него будет ребёнок! Жить семьёй – в этом он видел надежду выбраться из невзгод. 
Нина родила дочь. Это событие Сашке отодвинуло в сторону и работу, и Валечку. Он – отец! Нужно было время, чтоб это большое событие пережить. Три месяца ходил он именинником. И уже с дочкой на руках проведал Анну. И даже захотелось съездить семьёй к деду Леонтию, которого, к стыду своему, забыл. Леонтий и Антонида встретили его радушно. Сашка обратил внимание, что они одряхлели. В квартире пахло лекарствами, чувствовалось, что здесь живут в ожидание скорого финала. Но бутылку водки на стол поставили, и выпивали с  удовольствием.    
Зима внесла в семейные отношения Сашки перемены, связанные с поведением Нины. Что с ней такое  случилось? Делала всё, чтоб от себя отвратить мужа, который и так не питал к ней почти никаких чувств. Стала неряшливой, ревнивой, ворчливой. Ревность её становилась патологической. Каждым словом и мимикой она выражала подозрение в верности мужа, хоть он прекратил связь с Валей и не подавал поводов.
В конце зимы случилось несчастье - умерла Антонида. На похоронах ослабевший в последнее время дед Леонтий предложил Сашке переехать к нему; довод деда был мрачен, но убедителен: ему недолго осталось, и квартира перейдёт Сашке. Переехали, прописались.
Нина продолжала дурить. Переполнил чашу Сашкиного терпения её последний поступок. В воскресенье к Сашке зашёл шофер, поболтать за бутылкой, которую он принёс. Нина укладывала спать дочь. И только увидела спиртное, сразу  выскочила из комнаты и, с руганью схватив бутылку, вылила содержимое в раковину. Сашка сдержался. Ругаться не хотел, руку поднять на женщину - тем более. Но оделся и, взяв аккордеон, ушёл из дома. И в этот же день  дозрело решение. Выписался от деда Леонтия и прописался в общежитии, попутно подав на развод. Радости от новости не было. Наоборот, прилипла тоска, его постоянная подруга, подстёгиваемая тревогой непонятного будущего.
Не складывалась жизнь его. Семья не получалась: красавица изменяла, уродливая стала невыносимой. Да и семья без любви – разве семья? Костя лукавил. Опять спасением стали стихи и музыка. Он часто бил в одиночестве по клавишам, лелея грусть до такой степени, что появлялись слёзы.

Борясь с печалью, стал встречаться с Валей. Оказывается, она активная участница художественной самодеятельности во дворце культуры Омскстроя. Эта самодеятельность обрела известность и, выигрывая на конкурсах, стала, по линии Облкультуры,  выезжать в посёлки на правах пропагандиста народного творчества. По просьбе Вали, Сашка пришёл в ДК. И вскоре стал в нём музыкантом. Теперь не столько крутил баранку, сколько мотался с бригадой по окрестным районам, радуя местный народ. Кстати, и народ их радовал свежим молоком, бараниной, свининой, овощами, свежеиспечёнными караваями хлеба. Нередко угощали и самогоном. Валя на концертах пела в хоре и дуэтом с  Ниной. А Сашка не выпускал из рук аккордеон.
Всё это было хорошо, но заработок давала баранка, за которую Сашка держался теперь редко. Выручали «леваки». И тогда он решил найти другую работу. На месяц его, правда, задержал начальник строительного управления, даже предложил дополнительно полставки художественного руководителя в Красном уголке. Эти дополнительные тридцать рублей он отнёс дочери Ирине. Но Нина  сказала:
- Не нужны нам подачки, и ты не нужен, будешь платить по исполнительному листу.
Тем более, нужно было искать работу: болело  сердце о дочке, хотелось, чтоб она была обеспечена. Он стал отцом, который бросил семью. Как Сашке смотреть на это?  Тревожно было на сердце, и не хотелось думать   о будущем.
 
Сашка знал, что отлично зарабатывают таксисты. Но поход к директору таксопарка его разочаровал: тот раздвинул руки и сказал, что много шоферов стоит в очереди даже на старую машину. Сашка вышел от директора в угнетённом состоянии; но случай его провёл мимо зала праздничных выступлений, откуда доносились музыкальные звуки. Заглянул – на сцене репетировал оркестр. Что-то подсказало ему не упустить шанс. Он вошёл. На него не обратили внимание. А он услышал, как фальшивит баянист, да и на гитаре у парня с рыжими волосами получается  плохо. Решился подсказать. «Может, попробуешь?» - услышал то, что хотелось услышать. На другой день с его заявлением на работу таксистом к директору пошёл руководитель оркестра. Сашку  приняли в таксопарк.