Подошла она устало...

Подошла она устало к глыбе мрачного стекла,
Хоть давно их избегала, и витрин, и зеркала.
Посмотрела на морщины, постаревшее лицо,
До сих пор не понимая, почему всё и за что.

Как случилось, что пропали смех в глазах и радость в сердце,
Как давно припорошило душу чёрным, жгучим перцем...
Седина блеснула тускло и тоской пахнуло горько,
Вспоминала как любила: ярко, сильно, с чувством, бойко.

Почему не замечала чувств утрату, горечь мыслей,
И с чего в душе усталость, будто прожил много жизней?
Как давно вдруг разлюбилось: наряжаться, жить любуясь,
Почему вдруг расхотелось яркой быть, любить волнуясь?

Задавая так вопросы, на себя она глядела,
О потерянном, о счастье вспоминала и жалела.
Припорошены тоскою чувства жгли глаза и душу,
В сердце жарко разгоралась - злость, она рвалась наружу!

Раздирала несогласно, не смиряясь быть такою,
Бурей в сердце поднималась, раздираема тоскою.
Вот тряхнула непокорно, сединой блеснувши пряди,
Ни с чего ей быть такою, почему и чего ради?! ...

Распрямила гордо плечи, непривычно сразу стало,
И взглянула в отраженье: смело, хоть и чуть устало.
Приняла своё желанье и сказала намерЕнье:
"В счастье быть всегда и всюду, несмотря на отраженье!".

Приняла своё желанье: наслаждаться счастьем, быть!
Развернувшись, быстрым шагом, поспешила просто ЖИТЬ.