Выходит месяц из своей сторожки...

Выходит месяц из своей сторожки,
Накинув звёздный старенький кожух,
Лучом прочертит узкую дорожку,
Осветит на ветвях снежинок пух.

Потрогает иголки нежной хвои
В молчании, хранящем старину,
Могучих елей, дремлющих в покое,
В уснувшем запорошенном лесу.

Взирающих на месяц гордо, немо,
С далёким небом уж давно на «ты».
И жизнь их — это времени поэма,
Наполненная светом красоты.

А вроде бы… совсем, совсем недавно
Подростками в лесу он видел их;
В зелёных лапах, словно первый стих,
Темнели шишки, и, качая плавно,

Как колыбель любимых дочерей,
Осенний ветер напевал им что-то,
И от его бесхитростной заботы
В колючих душах плавился елей.

А дальше, там за речкою студёной,
Где луг украсил звёздный снегопад,
Он видел свет от двух сердец влюблённых
И погружённый их друг в друга взгляд.

...Он помнил всё и всех, войдя в сторожку,
Вздохнув (о чём?), повесил свой кожух,
Заре доверив погасить дорожку.
Сквозь сон услышав, как поёт петух.