И на небо взглянув, он впервые

Ты искал очень долго ответа,
Ты бродил, спотыкался, но шел.
Ждал, просил, но не слышал ответа,
Ноги стер, выбиваясь из сил.

Пролистал миллионы страниц,
Сотни книг поглощал незаметно.
Потерял много старых ты лиц,
И казалось, что все безответно.

Вечер серый, и кофе допито,
Горький вкус заливая водой.
На балконе все окна открыты,
Может, ветер подарит покой.

Диалог в голове начиная,
Вынул душу, положил на стол.
«Вот он я, ты смотри не стесняясь,
Подари мне от жизни укол».

Сон накрыл, словно теплое море
Или саван из прожитых лет.
Вдруг развеялось вечное горе,
Вспыхнул в комнате призрачный свет.

Не на стуле, не в кресле, а рядом,
Не касаясь остывшего пола,
Он стоял, обжигал его взглядом,
Тишина от Него раскололась.

«Я смотрел, — произнес Он беззвучно, —
Как ты ноги сбивал свои в кровь.
Бился лбом в небеса, было скучно
Наблюдать этот бой вновь и вновь.

Ты кричал в пустоту — Я был ветром,
Ты искал Меня в строчках — Я спал.
Ты хотел точных цифр и ответов,
Но ведь Я тебе знаки давал».

«Почему же Ты шел, но не слышал?
Почему не окликнул в ночи?
Я молился всё глуше и тише,
Прогорая дотла, как в печи».

Он вздохнул, и качнулись созвездья:
«Ты искал Мою суть, но в вещах.
Ты просил не любви, а железо,
Оправданий искал в мелочах.

Путь твой — это не поиск финала,
Это просто движенье внутри.
Разве сердце твое не стучало?
Разве ты не встречал в нем зари?

Я не в небе, не в храме, не в книге,
Я в дыхании между шагов.
Ты Меня находил в каждом миге,
Но сбегал, испугавшись оков

Собственной свободы и света.
Ты боялся, что путь — это Я.
Я не цель и не цифра ответа,
Ту дорогу что ты выбирал без жилья.

И растаял, как утренний иней,
Не оставив следов на стекле.
Только запах грозы, очень синий,
Растворился в рассветной золе.

Автор вздрогнул. Балкон был распахнут.
Холод в легкие влился рекой.
Все сомненья и страхи запали,
Словно смытые талой водой.

Он воскрес. Не нашел Он ответа
Перестал задавать он вопрос.
Просто в сердце, где было всё спето,
Чей-то сад невесомый пророс.

Он не знал, где конец, где начало,
Но исчезли из сердца «долги».
Жизнь его никуда не бежала
Просто делала круг у реки.

И на небо взглянув, он впервые
Ни о чем не просил, не корил.
Двери стали ему не чужие,
Потому что он сам их открыл.