Мы по-прежнему дети, все еще дети – те,
Что катались тогда на отцовском больном хребте,
Те, кому все мерещились в темноте
То зубастый клоун, а то – бабай.
Мы все те же, только теперь намного
Меньше спим и всерьез говорим о Боге.
Нам мерещится ночью теперь Ставрогин -
Баю-баюшки! Засыпай!
Мы все те же, только грубее кожей
И от пьянства сильно краснее рожей.
Нам мерещится в каждом Парфен Рогожин,
Нам мерещится идиот.
Мы все те же, только иной идеи
И не любим того, что в руках имеем.
Нас хранит от бабая глава вторая
"Карамазовых" и вон тот
Крестик, съехавший вниз по кривой ключице
Оттого, что ночью опять не спится,
Оттого, что боль бьется черной птицей,
Но не вырвется из груди.
И мы плачем, долго и горько плачем,
Потому что боль не стерпеть иначе,
И по-детски просим ее тем паче:
"Чудо-Чудище, уходи!"
2026 год
и Достоевский
© Copyright: Мария Александровна Кузнецова 94, 2026
Свидетельство о публикации №126070807494
Свидетельство о публикации №126070807494
Рецензии