Институт Опасной Красоты

Я устроился недавно —
Тихий офис у реки.
На табличке шрифт забавный:
«Красоту берём в тиски».
В коридоре пахнет краской,
Сейф, печати, кабинет.
А в архиве под завязку
Сто томов про лунный свет.

Первый спец взопрел немножко:
«Подозрительно хорош!»
А второй глядит в окошко:
«От него бросает в дрожь!»
Третий ставит смело визу,
Не жалея красных строк:
«Подрывает экспертизу
Этот синий василёк!»

В нашем ведомстве все шутки
Отменяются за сутки!
А любую «милоту»
Сразу чуем за версту.
Уж коль сразу и всецело появился интерес —
Оформляем акт изъятия — и пускаем дело в пресс!
Здесь довольная улыбка — это злостное ЧП,
Мы хороший летний вечер привлекаем по статье!
Обвинив в неподчинении всю зелёную листву —
Мы асфальтом закатаем луговую мураву!

В мае взялись за сирени,
За скворцов и облака.
Шли ожесточённо пренья
По вопросу ветерка.
Ветер признан слишком свежим.
Запах трав — чрезмерно мил.
А закат над побережьем
Под проверку угодил.

В заключении писали,
Не жалея умных слов:
«Формируют эти дали
Положительность миров».
Что такое эта радость,
Ни один не понимал.
Но начальник, чуя гадость,
Подпись гордо начертал!

В нашем ведомстве все шутки
Отменяются за сутки!
А любую «милоту»
Сразу чуем за версту.
Мы на каждый лучик солнца заведём отдельный счёт,
Вносим пение пернатых в запретительный отчёт!
Здесь изящная ромашка — это повод для суда,
Ну а этот одуванчик — в бан на долгие года!
Наложив арест на небо, на закат и на весну —
Мы вернём в свои бумаги гробовую тишину!

После парка и газона
Наступил особый день:
Объявили вне закона
Утро, солнце и капель.
Целый месяц заседали,
Спор вели без дураков.
В протоколе записали:
«Слишком много воробьёв!»

Вскрыли страшную дилемму,
От которой рухнул труд:
Оказалось, все коллеги
Любят этот институт!

Собралась большая группа,
Сели важные умы:
«Поступаем очень глупо,
В красоту влюбились мы!
Если наше учрежденье
Вызывает теплоту,
Нужно это преступленье
Уничтожить на лету!»

Институт прикрыли в среду,
Тихо вынесли печать.
Ни начальнику, ни деду
Не позволив возражать.

А на двери появилась
Беспощадная строка:
«Слишком много говорили,
Очень жалко мотылька!»

И теперь на том же месте,
Где стоял серьёзный дом,
Расцвела сирень, конечно...
Но мы это разберём!