Обыкновенное чудо. По фильму

Под сенью лесов, в загадочном крае,
В доме, где тени снуют до утра,
Писатель, страницы тихо листая,
Жизнь подчиняет силой пера.

Он пишет не сказку — ему нужны судьбы,
Страх и любовь как эликсир волшебства.
Чернильное тело в сухожилия сплетая,
Рождённых в строках тревожит сердца.

В восторге, эмоциях, черновик собирая,
Сюжет драмы готов — для светских утех.
Осталось придумать пьесе названье:
Где царь самодур, а медведь — человек.

Всё очень просто: «Обыкновенное чудо».
Незаурядно, неброско, с интригой слегка.
Ну что ж, приходите, проснитесь, герои!
Занавес, аплодисменты, зал ждёт вас и я.

И он появляется: неотесанный, страстный,
В глазах — звериных тревожный огонь.
Медведь, обращённый из кого-то иного,
И чувствует больше, чем должен был он.

Не боится принцесса странного зверя,
Ни слухов, ни правил, ни чьих-то речей.
И в этом безумии — что-то сильнее:
Любовь! Безрассудство! Пылает всё в ней.

А рядом — король и пышная свита.
Смешон он, жесток в своей суете.
Он тоже играет, но прячет под маской
Уставшую душу от власти своей.

Охотник матёрый рыщет, не дремлет,
Всё ищет момента, чтоб пулю пустить.
Он ждёт поцелуя юной принцессы,
Чтоб не человека, а медведя убить.

Но сказка не терпит удобных решений —
Она доводит до края, к черте,
Где выбор — не выбор, а просто мгновенье,
В котором ты либо живёшь, либо нет.

И чудо случилось: нелепо, смешно,
Безрассудно, безумно.
Поцелуй свершил своё волшебство.
Два сердца решились и были готовы
Любить, даже зная, чем закончится всё.

В гробовой тишине все в зале застыли.
Чуть слышно на пол где-то капают слёзы.
Занавес. Свет. Под аплодисменты
С восторгом на сцену падают розы.

И сказочник смотрит — почти удивлённо,
Как будто сюжет не он написал…
И тихо добавив: — Да! это чудо.
Такой кульминации не ожидал.