Стыл тёмный, истоптанный траурный зал...

Стыл тёмный, истоптанный
Траурный зал.
Как душно-пещерно глуп'ы
Границы  объёма ,
Куда заползал
Придавленный шорох  толпы.

Объём переполнен. Критически мал.
И бледный телесный сосуд
В цветах погребальных, покинут лежал
Души, что теперь уж не тут.

Душе ж, как всегда, белокрыло парить,
Гармонии струи сплетать,
Над теми кому метры дальше делить
И шаркая, ноги топтать.

Душе той привычно,
даря от себя,
Вникать, узнавать, просвещать
И всё удивляться, всем сердцем любя.
И сказки о жизни шептать.

Сменилось пространство и меры и вер.
По пунктам свершён ритуал.
И как на детей из неведомых сфер
В нас душу принявший взирал.

Над сирым двором с зазаборьем густым,
Над грудой растерянных фраз
Над всем, что нелепо считаем своим,
Когда Свет иль Тьма лишь для нас.

Блуд'ящих без Истины, словно в лесу,
В цепляющихся чапыжах,
Наполнить стремящихся личнный сосуд,
Лампад, чтоб не сгинуть в потьмах.

Свет резали тени на да или нет,
Границ ножевой чернотой
И общность собрания, пр'иняв запрет,
Вдруг серою стало толпой.

Закопано тело, сосуд под землёй.
Случилось - кричи не кричи.
Одни дарят Свет всем зажатым толпой.
Другие несут кирпичи.