П-челове д ческое

!!!81+. Осторожно, безразмерник! Длинный безразмерник.


Она вечно прячется за растянутыми кофтами,
За небрежным каре, мешковатыми джинсами и растоптанными кроссовками;
Вроде бы хочет любви, но точно знает, что её нет,
И давно забыты тонкие лямки, оборки и розовый цвет.

Однако всё было не так, пока она была молода.
Серость вещей и дней - это то, что сделали с ней года, а тогда!..
А тогда она пряталась за длинными волосами, белой футболкой с сердечками,
Сериалами о любви, мечтами о Нём и гадальными свечками,

За страницами нежных книг и болтовнёй с подружками,
За очками от Солнца с почти невесомыми дужками...
После спряталась в келье медовой, которую вылепила сама,
За припасами, на какие хватило ума,

За потоком из дней, в котором одни лишь дела,
И теперь она просто рабочая чело-пчела.

Помилуйте, господа, какие такие чувства? Зачем ей любовь?
Пол - это то, что лежит под ногами, и не начинайте вновь
Про какие-то пары, браки, семью и детей,
Это всё слишком давно уже не по ней,

Потому что однажды так распорядился рок:
Она появилась на свет чтобы выполнить свой урок.
Она вылетает из человеческого улья вместе с другими п-челами поутру
Чтобы заделать в ещё одних сутках ещё одну зияющую дыру,

Залепить её смесью пыльцы с нектаром,
Окружить себя крУжками, креслами, рамками чтобы понимать - нет, недаром
Потрудилась она усердно в этом году,
Ещё чуть-чуть, и раздобудет с неба себе звезду,

А детву плодить - это удел маток,
Для неё он, пожалуй, до отвращения сладок,
У неё в этой жизни совсем другие дела,
У неё много работы, отстаньте, она п-чела...
 
                ***
А где-то по соседству с опчелённой и обесполенной Ней
Живёт почти незаметный Он, чело-муравей.
Он может быть худой, как скелет, или огромный, как слон,
Но всегда чем-то занят по горло он.

Он тоже прячется за растянутыми вещами в мире вещей
И почти постоянно Он пересекается с Ней.

Правда, они совсем не замечают друг друга,
Чело-муравью, знаете ли, ни к чему подруга.
Бывает так, что и друзья ни к чему,
Только в игры играть и собирать зёрнышки интересно ему.

Собрав днём сколько сможет, вечером  заберётся в свой муравьиный загон
И будет кого-то гонять по экрану, пока не сморит его сон,

А сон очень нужен, потому что завтра опять
Вместе с другими из чело-вейника по делам выползать,
Чтобы собирать зёрнышки, рыть песок,
Залатать чтобы в сутках дыру и выполнить свой урок.

...А бывает, рождается чело-муравей солдатом,
И тогда всем конец, правым и виноватым!
Он может служить п-человечеству и братьям своим муравьям,
Или может пойти в криминал и вырыть множество ям,

Куда провалятся некоторые и в итоге он сам...
К счастью мало таких, дающих слишком много воли своим усам.
Видишь, вон, оно, ползет, шевеля лапками, большинство,
И он снова не видит её, а она его.

Правда, иногда, перебравши нектара, в хмельном первобытном пылу
Он сгребает в объятья первую попавшуюся п-челу,
Но вскоре выясняется, что он ни к чему не готов,
И тогда он запирается от неё на словесный засов,

И бежит опять в свой привычный холодноватый загон,
Прячется за дел нескончаемых плотный кордон,
Стараясь забыть, что она там вслед ему разозлённо жужжала,
Вынимая из сердца её ядовито-медовое жало...

Он объяснит себе, что не в том его жизни суть...

...Так и живём. Лишь бы прожить как-нибудь.