Василий Бородин. Несколько стихотворений

* * *

это мой узор
мёртвая вода
вот она стоит
вот моё лицо

я люблю тебя так что вода начинает сиять





* * *

трещина пришлась
на треть лика
правый глаз уцелел
и нас видит, но
без объёма, просто:
«я среди них»





* * *

Что я видел на свете?
Подвальный склад изд-ва НЛО
С лентою, подающей
Книги стопкой наверх.

Деревенскую Лину
С темным румянцем,
Черной ее коровы
Внутренний хмурый гнев.

Мокрый песок я видел –
В трещинах, горкой
Ссыпанный с самосвала,
Мокрый забор.

Видел окна осколки,
Краев зеленых
Волны и отраженье
Старческих рам.

Чайника заварного
Внутренний легкий
Дырчатый свет и чашки
Отмытый край.

Яблоню с воробьями
Я видел, шум их
В ворохе лучевом.
Яблоко в зубах.





* * *

кажется я
существую огни в метро
запятая огни в метро
кажется кажется меня гонят огни в метро

вот и ты
существуешь среди огней
запятая огней в метро
ясно что? ясно что тебя гонят огни в метро

а вот было изгнание из Эдема и вот Адам
Еве говорил: ладно, как получилось
так получилось, я тебя не предам
поле после дождя блестит; была ярость, а будет милость

зря ли я называл зверей: вол откликнется и пойдёт
голову наклонив, а я скреплю плуг: вот верные
две верёвки верблюжьей шерсти, и мы, наверное,
через год первый раз спечём хлеб и под деревом посидим, гнездо упадёт

успокоим как-то птенца – а там наши дети
побегут-побегут погодки по полю – так
сами годы будут бежать, плыть как лодки, сети
с золотой чешуёю будущего тянуть а мы будем думать, что это так

хорошо: без слов думать, что пришла старость
можно никуда не смотреть
вот закрыли глаза а там крУжатся милость, ярость
как большая листва в прощающем ноябре





* * *

Кажется, что темная природа
Охладела к внутренней ночной
Белизне в древесном соке, к ровной
Сырости осенней земляной.

Перекрестьем и разбросом – лапы;
Маятник мелькающих стволов –
А погоня выдохлась, и слабым
Волком смотрит изо всех углов





* * *

я иду по следам впечатлений отца
небо серое отражено
в длинном озере то есть понять до конца
никому ничего не дано

но в искусстве стараешься быть чуть грубей
чем внутри сердца и головы
так мельчайший ярится всегда воробей
вырвать крошку у целой москвы

и вечерней воды дождевой на листве
круглой острой густой как стена
меркнет иглами золото ходит в траве
тишина тишина тишина





* * *

вол в Валахии вольней
всех четырехсот камней

но когда он тянет воз
с этими камнями,
думает: «вот я жил
ничего не сбылось
я силён, но я внутренне съеден днями»

или – в Волыни
камень-вол
лежит на холме
шесть тысяч лет мечтает пошевелиться

приходит птица

– мне ещё, – говорит, – птенцов кормить
я ловлю гусеницу, и, стараясь совсем не ранить,
быстро лечу в гнездо –
а там один слабый,
а один – сильный,
и две девчонки, а
я одна,

мускулатура у гусеницы –
мыслящая волна

в гусенице видны:
близость преображенья,
сила,
комок
переваренных листьев,
и на распутье
гусеница три раза
кланяется – налево, прямо, направо
и выбирает – прямо

а вол идёт

камень-вол греется

– галки в Москве, впрочем, любят лететь
сквозь колокольню, когда та пуста:
между колоколами, верёвками

– внизу – доски





* * *

московский осенний закат –
начало заката –
это особый колористический
парадокс:
все облака
фиолетовы в середине
розовы по краям
а самый низ неба –
натурально зелёный,
как писал Эрих Мария Ремарк

...я раньше думал –
он преувеличивает, как плохой немецкий поэт
но небо бывает зелёным:
как сильно разбавленный цвет листвы
и тёмная листва
шевелится, замирает

вот идут девочки
пО две, пО три
лет двадцати –
двадцати пяти
в огромных очках
в суровых оправах
так глупы и нелепы
так красивы и так нежны
и никому не нужны

но небо видно им
в любой пространственной точке
почти ядовитое
почти золотое – как нимб, как рай
а они идут мимо
пустого кафе
смотрят в мертвенные экраны
и гонят пальцем
друг дружкины фотопортреты
с выигрышной светотенью
с недоумением в глазах

...чувак! может быть, ты
думаешь
что твоя родина – это Россия
нет, твоя родина – ложь и смерть
просто ложь и смерть
вглядись в любое
собственное слово и дело
что ты там видишь?
ложь и смерть

вот ты обещал
обещал и не сделал
выпил
и не замолчал
полюбил и не промолчал
вроде, фигня
но сам сатана жмёт твою руку:
ты утвердил
ложь и смерть
ты подтвердил
ложь и смерть

но истина ждёт тебя
в любой временнОй точке
истина ждёт тебя
и устала ждать
истина ждёт тебя
в любой временнОй точке
истина ждёт тебя
и устала ждать

вот издевательский разговор
зелёной листвы и зелёного неба
и самоедская
хмурость лиловых облаков:
а через два часа
выглянут звёзды
кошки в тёмном дворе
залезут на карусель
и дворничиха Роза
выйдет с рыжим псом
закурит и поздоровается басом

московская ночь –
начало ночи –
осенняя ночь
лёгкие колтуны облаков
синие звёзды и блеск травы
белые фонари
рыжие фонари
чуткая тишина
дыхание тишины
тишина
так красива и так нежна
синяя тишина
и никому не нужна
робкая тишина
долгая тишина
ночная тишина