Теперь, когда время, как старый шкаф

Теперь, когда время, как старый шкаф,
скрипит по ночам и хранит только запах
вещей, переживших смятенье и страх,
я чаще ищу Вас среди за;понок.

И не в фотографиях, ведь, снимок - обман.
Бумага стареет быстрее, чем рана.
Я слышу Вас в тишине по утрам,
в дрожании чашки, поставленной мамой.

И странно: чем дальше уходит Ваш след,
тем ближе становятся голос и руки.
Как-будто у смерти достаточно лет,
но мало уменья справляться с разлукой.

Я помню Ваш дом. Там часы до сих пор
идут не вперёд, а куда-то обратно.
Там свет из окна, пересилив простор,
ложится на память тепло и невнятно.

Вы знаете, я вырос. Мир стал тяжелей.
В нём больше вокзалов, счетов и прощаний.
Но нет ничего удивительно в том,
Что сильнее отсутствия близких созданий.

Мне часто Вас не хватает теперь -
не так, как ребёнку конфеты и сказки -
а так, как пустеющей комнате - дверь,
как зимнему саду - весенней развязки.

Я многое мог бы Вам рассказать:
о людях, которых любил и не понял,
о том, как учился себя собирать
из мелких осколков надежд и бессонниц.

Но адрес Ваш нынче не значится в тех
реестрах, где почта находит дорогу.
И только молитва, что похожа на снег,
ложится на землю и тянется к Богу.

Наверное, там, за пределом времён,
где даты не властны и сумерки редки,
Вы смотрите на нас из-за крон,
как прежде смотрели из старой беседки.

А я всё живу. И, наверное, в том
есть что-то от Вашего тихого света:
ведь даже когда опустел этот дом,
во мне продолжается бабушкино лето.