Стих к фильму Ликвидация

Одесса-мама — море…, пристани,
Луны отсветы до утра гуляют тенью.
Война ушла, и не по божьей милости —
Здесь каждый метр пропитан чьей-то смертью.

Послевоенный быт — до жути злой, голодный,
Сырым туманом тянет от воды.
И только редкий мент, как пёс безродный,
Стоит стеной у этой темноты.

И Гоцман шёл во мрак —
Усталый… Злой… Простуженный.
Не человек — заряженный наган.
Он видел слишком много. Стрелянный,
Чтоб верить в сказочный Генштаба план.

Он знал закон дворов и подворотен,
Где жизнь — копейка, а пуля — за алтын.
Где, если слаб, — тебя зароют к ночи
И скажут утром, мол: «Сгинул гражданин».

И город гнил от морока и мата
В своих законах, писанных шпаной.
Гоцман стоял и в правду верил свято,
Уставший, из последних сил, пока живой.

И час пришёл — ломать хребет бандитам.
Облавы. Шмон. Аресты без конца.
И воры вдруг забегали побито,
Когда и к ним пришёл закон свинца.

И над волной, над пристанью туманной,
Где чайки рвали рыбу на куски,
Рассвет пришёл — нелёгкий, долгожданный,
Как жизнь, дошедшая до мирной полосы.

Дворы шумят. У дома жадно кошка
Сжирает крысу возле старых плит.
Заговорила Одесса о наболевшем:
— Ша! Не делайте мне нервы, граждане…
Промолвил Гоцман;
— По очереди пусть каждый говорит.