По разгневанной Манье

Идём вверх на лодке Обянке по разгневанной Манье. Река тащит на своём горбу лесной мусор, смытый с берегов. Нам навстречу плывут всевозможные ветки, палки, хвоя, кора, деревья, бОчки из-под ГСМ, бочкИ, какое-то тряпье и прочее техническое, человеческое добро, смытое выше по течению, с гор Урала, со стоянок хытников – нелегальных золотодобытчиков. Те ведут безлицензионную добычу драгметалла, превращая реки Югры в сточные канавы. Древесные плавни хищно таращатся растопыренными во все стороны корнями.

Крупные стволы выкорчеванных таёжных великанов плывут неизменно поперёк течения, распластав тело на треть русло разъярённой Маньи.

Приходится заблаговременно им уступать фарватер, обходя сбоку. Напряжение психологическое и у меня, и у мужа запредельное, - натянуто струнами. Лайки и те встревожены. Крутят ушастыми головами, в любой момент готовы или залаять на противника, или выскочить со шлюпке, убегая по безопасному твёрдому островку берега.

О плохом стараюсь не думать. Моя задача вовремя заметить топляк ещё на безопасном расстоянии, позволяющем увернуться от столкновения и дать отмашку рулевому. Однако, относительно мелкие палки, брёвна неизбежно попадают под винт мотора. И, если лопастями их цепляем, то мотор подкидывает, а лодку сотрясает. Важно, чтобы не скинуло при ударе о препятствие мотор в воду. И хуже, если вырвет корму, или перевернёт лодку, выкинув наполнение(и нас) в бушующий ледяной поток. Однажды мы уже топили в Манье мотор импортный, новый, в аналогичной обстановке. Тогда также поднимались к себе в избу и цепанули винтом плавень. – Не доглядели! Мотор подкинуло и сорвало в реку. …Сплавлялись в село на вёслах.

Очень долго дорогой лодочный мотор искали. Искали много раз, когда вода спала – почти всё лето. Однако, - безрезультатно. Его, несмотря на большой вес, течением куда-то затащило в подводные глубины, замыло песком. Грешили даже, что кто -то нашёл, вытащил, да присвоил. О том, что ищем свою потерю знало всё село. Людишки в тайге сибирской давно не гнушаться нечистыми помыслами. Жизнь, взгляды на плохое и хорошее поменялись. Исчезли прежние вековые правила таёжные, когда человек человеку в тайге помогал, о воровстве речи и не шло. Сейчас таёжные избы закрыты на железные засовы. На окнах установлены решётки от воров. Закон тайги остался в прошлом, как и бывший СССР.

Идём вверх на полном ходу. Так на скорости есть шанс проскочить поверху препятствия из подводных камней, порогов, топляков. И Обянка, выйдя на глиссер, меньше буровит, идёт приподнятой. Риск офигенный! Каждый опасный момент молишься до и после. И, не успев испугаться от одного шока, тут же сталкиваешься со следующим. Начав мысленно читать слова молитвы, забываешь их на полуслове, путаешься. И так непрерывно. Сердце громко колотится и у нас, и у мотора лодочного.

Фотографии Татьяны Немшановой. Река Манья. Поднимаемся на шлюпке Обянке. Пёс Дружок.