Рыжий Кот Памука

Любой Город – это человеческий след на Земле.

Неповторимый, страшный шрам, сочащийся преступлениями и войнами или прекрасное полотно, на котором рисовали Гауди и Растрелли свои храмы и дворцы…

Или и то, и другое…

Как Стамбул…

Сколько кровавых деяний здесь совершилось, сколько казней, заговоров и тайных убийств… Сколько прекрасных минаретов впилось в небо, взывая к Аллаху… Османская lehva на фоне голубого Босфора, султанская печать на сегодняшнем дне, смешение языков, культур, следы людских судеб, тени отчаяния и надежды…
 

Следов в Стамбуле и правда много – была бы охота их читать…

Вот след святого пророка Мухамеда в Топкапе.

Вот перекрёсток культур в районе Кузгунджук, где мирно стоят рядом и ничего не делят между собой исламская мечеть, еврейская синагога и армянская церковь.
 
Вот книжная лавка в районе Джихангир, где собираются писатели и художники побеседовать с мудрым котом Кади.

Вот знаменитая статуя кота Томбили, развалившегося в вальяжной позе философа на набережной района Кадыкёй.
Томбили при жизни никуда не спешил, а сейчас, бронзовый, не спешит и подавно. 
Ведь  время общей жизни в Стамбуле течет плавно и неспешно, что прекрасно знают мудрые звери и люди.
 
Вот башня Галаты, овеянная тайной. Если двое - мужчина и женщина – поднимутся на неё вместе – они обязательно поженятся.  У подножья Галаты –  маленькие кошачьи домики – чтоб у уличных кошек была крыша над головой, еда и вода и круглый год.

Да, город любит своих котов.
Тысячами ласковых рук он гладит их, холит и лелеет веками.

Довольный кот – залог счастья горожан. Уличный котяра здесь вовсе не чувствует себя изгоем. Быть уличным котом в Стамбуле – значит иметь много обожающих тебя подателей тепла и еды.

К тому же время стамбульские коты – испытание и воспитание для туристов.

Если Город послал тебе Кота – это не просто так.
Познакомься с ним. Покорми. И потом – иди за ним в Город по цепочке кошачьих следов.
Смотри внимательно – и Город откроет тебе свои тайны и своё волшебство.

Если, конечно, Кот подтвердит, что ты – человек уважительный и достойный…

***
 
Ранним утром Рыжий Кот вместе со своим добрым знакомцем Мраморным Котом завтракал в любимом кафе Фаллс ин Галата в районе Бейоглу  недалеко от знаменитой стамбульской башни.
Мойщик посуды Ибрагим щедро угостил их вчерашним ужином, а ранние посетили охотно добавили в миску кусочки омлета и сыра.

Сразу после завтрака приятели проведали старую булочную на крутой улочке Кумбараджи на предмет мясных бёреков, но им, увы, ничего не обломилось на этот раз.

Они посидели в надежде на добрые перемены на пороге, поболтали немного о Серой -  молоденькой киске с зелёными глазами. Коты, как и все мужчины, - жуткие сплетники, особенно когда сытно поели.
   
После они разошлись, и каждый пошел своей дорогой.

У антикварной лавки дядюшки Ахмета Мраморный тормознул и примазался к полной пожилой турчанке, которая присела на маленькую деревянную табуреточку, стоящую прямо на улице у входа в маленькое кафе отдохнуть и перекусить.

Шаурма, она же дурум дёнер, имеет свойство истекать соком и кушать её на ходу – это святотатство.
А у турчанки как раз была отличный сочный дёнер. Мраморный ластился с даме,  смотрел в глаза, мурчал ей персидские сказки и обещал найти волшебную лампу с джинном, который ее омолодит. Взгляд тетушки потеплел, она поделилась с Мраморным мясом и сделала ему массаж толстенной спины своими крепкими пальцами.
 

  Рыжий решил не мешать и побежал дальше по Чукурджума Каддесси до знаменитого Музея Невинности Орхана Памука.
 
Ежедневно около полудня один из сотрудников Музея выходил за турецкой  пиццей для работников и  приносил несколько разных коробок.
Тут были вкусные лодочки пиде из тонкого теста с мясным фаршем и курицей обильно залитые сыром, круглые лахмаджун с восхитительной бараниной, которую немного портили сладкие перцы и помидоры, и обожаемая Рыжим конья  - с мясом, нарезанным мелкими кубиками…
 
 
В этот счастливый момент обычно и появлялся  Рыжий.

Зелёные кошачьи глаза пристально смотрели в черные глаза человека, Кот вставал на задние лапы во весь свой благородный рост, обнаруживая живой интерес жирному днищу нижней коробки.

Юсуф - так звали курьера - посмеивался и пускал Рыжего впереди себя.

Рыжий гордо, уверенной походкой входил в Музей и поднимался, распушив свой мохнатый рыже-красный хвост как победный флаг, по крутой витой лестнице на второй этаж в комнату для персонала, где уже был разлит чай и сидели люди, ожидая Рыжего, Юсуфа и, конечно, пиццы.

Рыжий, как  главный тешрифатчи – дворцовый церемониймейстер -  подходил к каждому, заглядывал в глаза людей своими изумрудами и торжественно приглашал всех к столу, объявляя долгожданный ланч.

Пиццу резали на удобные квадратики и Рыжему выдавали специальную миску. Он не первый год он работал Котом в этом месте! Имел и миску, и удобную лежанку аж в двух почётных местах - на подоконнике у входа и в кладовке на третьем техническом этаже.

В принципе, можно было после сытного ланча уснуть здесь до вечера и даже остаться на ночь после ужина в цветочном ящике первого этажа, но день был не очень жаркий, с Босфора тянул свежий ветерок, пьянящие ароматы мяса и сыра будили интерес к приключениям, и Рыжий спонтанно отправился вверх по знаменитой Сердар – и Экрем Каддеси к Галатской Башне.

  Рыжий не каждый день совершал хадж к Галате, все-таки надо бежать вверх по крутому склону, пересекать людные переулки, где с трудом, но протискивались противные мотоциклы и  отвратительные, никому не нужные  машины, перегораживающие городское  пространство, где положено благоденствовать котам в тишине и покое.

 Но цель прогулки стоила всех этих жертв.   
Там, в музее Галатской башни, работала красавица Айше, которую Рыжей считал своей человейкой.
Не хозяйкой, конечно, это вообще не понятная категория для достойного стамбульского кота, но существом, достойным откровенной нежности и защиты.

Она была его дамой уже два года.
Она сидела внизу на кассе, но, увидев рыжую морду в дверях музея, поднималась с места, и пускала зверя к себе в каморку.

Там были деньги, книги, остатки завтрака Айше, а еще дамская сумочка со вкусно пахнущей жирной помадой, которую однажды Рыжий даже попробовал на вкус , что ему не понравилось, но очень зато очень позабавило  Айше.
 
Красавица держала специально для Рыжего красную мисочку.
 
Интересно, чем она будет угощать сегодня своего фаворита?

Рыжий с наслаждением забрался к человейке на колени, свернулся огромным сладким чёреком на ее прохладной шелковой юбке и забылся в кошачьих грёзах, щедро мурча и подставляя шикарное жёлтое пузо под ласковую ладошку.

Конечно, вокруг красавицы вилась толпа ухажёров. И каждый тащил еду. Прекрасную. Свежую. В упаковках или на тарелках. Айше смеялась и раздавала сладкое детям, а мясное - щедро складывала в красную миску.

Зачуяв угощение, Рыжий совсем ненадолго покидал ее теплые колени.

Айше была не только красива, но и очень умна. Она закончила Стамбульский Университет, факультет литературы и знала несколько языков.  Она любила говорить с посетителями, а Рыжий любил слушать.

- Нет, ну что Вы, - улыбалась Айше немолодой степенной немецкой паре, - у нас больше всех уважают не  султана Сулеймана, и даже не Селима первого, отца Сулеймана Великолепного, но Фатиха Мехмет Хана, который завоевал Константинополь и основал Стамбул…
… А поход на Вену в 1529-м закончился плохо для войска Сулеймана.   Вы правы... Турки покорили почти все соседние народы, но Австрию взять так не смогли, хотя дважды пытались. 
Хотя, конечно, Австрийской Республики тогда еще просто не существовало, но Вы все равно правы…
 
Рыжий почему-то решил поприветствовать этих пахнущих дорогим парфюмом стариков.

 Он выглянул в коридор и уставился на них, свежих, одетых строго, но с иголочки.

 Пожилой мужчина заметил Кота, слегка улыбнулся и протянул ладонь для знакомства.
 
- Знает правила, - отметил Рыжий.

Рыжий степенно, не спеша обнюхал пальцы. Пахло достатком, спокойствием и наблюдательной, умной старостью чужестранца, повидавшего многое в жизни, но умеющего об этом вежливо молчать.
 
Рыжий сделал шаг в перед и холеная рука в дорогих часах тактично коснулась его мохнатой щечки.
Мужчина улыбнулся и сказал что-то на своём квадратном немецком языке. Впрочем, сказал очень ласково. Наверно, пожелал Коту и Городу хорошего дня.

Рыжий обошел его по часовой стрелке, как полагалась с почетным гостем, и гордо удалился на колени своей  галатской хозяйки.

Вот во входную дверь с трудом протиснулся живописный новый посетитель: огромных размеров мужчина с небесно- голубыми добрыми глазами, похожий своей всклокоченной седой бородой на деда Мороза, с портфелем, который не закрывался от избытка содержимого – из него торчали книги, бутылки, свитки и большая, вкусная, уже начатая белая булка.

Несомненно, это был профессор.

И совершенно понятно, что русский профессор.

 
Он был обожателем Музея Галаты , Стамбула в целом, и Айше в частности.

Он громогласно поздоровался и сразу поучительным тоном начал читать лекцию про двуглавого московского орла – прилетевшего, по его словам, из Константинополя.

Потом они с Айше заспорили о Софье Палелог и Иване Третьем. Профессор горячился, размахивал руками, ронял портфель, извинялся и повторял амплуа сначала.

Глаза Айше искрились весельем:

— А князь Олег действительно прибил щит к вратам Царьграда, что говорит об этом русская наука?

Профессор рассмеялся:

— А, это Ваш любимый русский варвар! Скорее всего, нет. Но, Вы знаете, легенда оказалась сильнее любого документа.

— Забавно... Я уверена, что история состоит в основном из мифов. Из легенд, которые оказываются сильнее фактов.

Профессор снял очки.
— Вот поэтому я ищу ворота, к которым его якобы прибили.

Айше тихо засмеялась:
— Их, наверно, давно уже нет.

— Знаю...

— Тогда что же вы надеетесь найти?

Профессор провел ладонью по каменной стене башни:

— Я хочу найти след этой прекрасной сказки. Это важнее истинных фактов…

Рыжий восхищенно муркнул, потеревшись о засаленные профессорские брюки, но от предложенной булки вежливо отказался…
 


Рыжий кайфовал , слушая языки людей, пришедших взглянуть с Галаты на Босфор и панораму города внизу. Желавших почувствовать себя так же, как Ахмет Челеби, который изготовил крылья и прыгнул вниз с верхатуры галатской башни, пролетев над голубым Босфором больше 3х километров аж до азиатской стороны города и приземлившись успешно в районе Ускюдар.

Сам султан Мурад восхитился полётом и наградил турецкого Икара, но потом испугался его гениальности и отваги и от греха подальше сослал его в Алжир, в пустыню, где великий изобретатель Челеби и умер в полном забвении.

Тысячи людей бродят по музеям и выставкам Стамбула… Но что они могут знать о Городе с точки зрения Кота? Рыжий жалел людей, понимая их ограниченность, ведь они почти не чувствуют Запахов. Какой ужас... Несчастные создания. Что толку слоняться по мечетям и базарам, если не знаешь, кто и где живёт в стамбульских закоулках?... если с тебя за угощения требуют лиры и никто не улыбается тебе ласково, не гладит по спинке?

На раннем закате, благодарно лизнув ногу Айше , он вышел из Галаты и потурусил сытый, довольный, но собранный и готовый ко всему, вниз к причалу.

Дорога вдоль по Галип - Кадеси заняла у него некоторое время, и по пути он, к своему неудовольствию, узрел Мраморного, сидевшего у цветочной кадки возле книжного магазинчика старого Хасана. Серая была здесь, лежала на коврике у входа. Хасан не особо жаловал котов и угощал не часто, но для Серой делал исключение. Хасан аккуратно передвинул коврик вместе с кошкой, чтобы Серую не беспокоили ноги посетителей, пришедших скорее поговорить с хозяином и попить его волшебного чаю, чем просветиться за чтением книг. 

Но, из уважения к хозяину, каждый уносил с собой подмышкой купленную за сотню лир старую книгу - роман Сартра или очередной ужастик Стивена Кинга на турецком. А может быть, это был новый  роман стамбульского волшебника  Орхана Памука. Волшебник всегда есть в Настоящем большом городе. И не один.

Рыжий остановился было, раздумывая, не расспросить ли Серую как прошел день, ловя расширенными ноздрями ее восхитительный жасминовый аромат...
 
Ах, Серая! До чего же она хороша!
   
Но пристальный взгляд Мраморного становил Рыжего.

Вертикальные, суженные злобой, зрачки своих жёлтых фар Мраморный навёл прямо на Рыжего. Ничего приятельского не было в этом взгляде. Словно они не ели сегодня утром из общей миски вчерашний шиш-кебаб в Фаллс ин Галате. 
 
… Ну ладно ,  - подумал Рыжий, - не сегодня, так не сегодня. Не начинать же драку. К тому же дед Хасан уже взял в руки клюку…
 

И Рыжий преспокойно затрусил дальше по направлению к причалу Каракёй, прибавил ходу, и через полчаса уже был под мостом около парома, там, где рыбаки таскали из Босфора сочных иставрит и жирных чипур.

Инспектируя ряды рыбаков, Рыжий прикидывал , кого из обладателей ведёрок с живой рыбой будет легче обаять.

Он медленно и важно шел вдоль ряда рыбаков. Сегодня был отличный клёв.

То один, то другой тянули добычу из воды, и рыбки, восхитительно сверкнув перламутром в закатном свете, плюхались в ведёрко, где, окрасив воду кровью,  начинали отчаянно метаться, пытаясь найти несуществующий выход.
 
Рыжий приметил двух рыбаков, которые отвлеклись от ловли ради того, чтобы приготовить наживку.

Для этого одну уснувшую рыбку резали на маленькие кусочки и нанизывали их на крючок, пытаясь соблазнить других рыбок, ищущих пропитания в синих водах там, внизу, под мостом.

У каждого рыбака было несколько удочек, закреплённых в специальных штативах, так что наживки нужно было много.
 
- Ты глянь, какой красавец! - сказал один из рыбаков,- а можно ему сырую рыбу?

- Да можно, конечно! Иначе зачем бы я сюда пришел, подумай сам, аванак!  - внутренне возмутился Рыжий,  - если бы я не любил сладкую чипуру, я бы сидел сейчас в швейной мастерской дядюшки Эмре, поджидая мясную похлебку или, опять же, направился бы в ресторанчик господина Исмаил-бея - там сегодня свадьба младшего сына хозяина, и, как ты понимаешь, приглашены все стамбульские Коты!

Кусочек теплой макрели по дуге полетел к Рыжему.

Кот прыгнул высоко, извернулся специально в воздухе, чем обратил на себя общее восхищенное внимание.

Всё, дело  сделано!

Маленькая рыбёшка отправилась не в компанию гибнущих в ведёрке товарок, а на серый асфальт в жертву Рыжему.

Он присел, сделал охотничью стойку. Шаг. Ещё шаг. Глаза загорелись азартом. Кот играл с рыбкой минут пять, отвлекая рыбаков, потом с хрустом ее съел и некоторое время ждал новой.
 

Спустилась ночь. Рыбаки разошлись, хвастаясь уловом друг перед другом.

Рыжий отправился ночевать не куда-нибудь , а на площадь перед Голубой Мечетью.

Там к ночи собралось отборное кошачье общество. Рыжий знал почти всех. За свои семь лет он и сам знал получил заслуженную известность. И имел право высказать свое мнение по любому кошачьему вопросу.

Огромные стамбульские овчарки, валявшиеся на теплых камнях площади, не были проблемой. Они мирно спали на мостовой, нимало не задирая котов и кошек.

Добрый Стамбул всех кормил охотно и повсеместно.

По сути, Рыжий жил в зверином раю...
 
Рыженькие и черные кошачьи гурии усердно строили ему глазки.

Но, ах! -  были среди них кошки - принцессы, кошки - султанши.

Вот хоть бы Серая... Да, Серая глубоко задела его сердце. Похоже, это любовь...

Но черненькая киска у корней платана блестит глазками и пахнет счастьем прямо здесь и сейчас....

Рыжий уже всерьез вознамерился познакомиться с миленькой чернулечкой, как вдруг уловил запах человеческого одиночества.

Рыжий почуял тревогу, сердце его сжалось, и он отложил свои бонививанские планы.

На скамейке у фонтана посередине площади он увидел сгорбленную фигуру в свете фонаря.

Человек согнулся как бы от непосильной ноши, от него веяло непреодолимой проблемой, причем проблемой неразрешимой в принципе, и не личной, а глобальной. Мировой.

 - Русский! - решил Рыжий, - эх, не порядок! Надо помочь гостю!  Этот парень сбивает ритм, портит жизнь себе и Городу...

И Рыжий приступил к своей работе Кота.

Рыжий распушился как мог, напружинил лапы и ласково, утробно заурчал, выступая из темноты  напротив горько задумавшегося человека.
Тот поднял глаза и увидел рыжее солнце, лезущее к нему из куста олеандра.
Человек светло улыбнулся сквозь слезы. Рыжий пошел под его ладонь, напыжился, выгнул спину, дал себя погладить вдоль хребта и потерся усатой щечкой о коленку в серых брюках.

- Экий ты редкий красавец! - смущённо пробормотал русский.

Рыжий хорошо умел различать языки людей. И язык часто совпадал с другими характеристиками двуногих. Например у  русских :  язык - неясный бормот, растворенный в  отчаянии, бесконечная смены выражений лица, вселенская скорбь в глазах, длинные бессмысленные фразы сопровождалис небрежностью в одежде, неверной походкой и неимоверной русской хандрой, из-за чего любой приличный стамбульский кот чувствовал сожаление и стремился оказать нелепому существу возможную поддержку, деля с ним еду и место под солнцем или луною.

- Погоди-ка, Кот, - пробормотал русский, - у меня тут остался сыр, как тебе понравится?

Рыжий не спеша понюхал жёлтый теплый кусок жирного сыра, пригласительно лежащий на раскрытой ладони.

Сыр пах вполне привлекательно.

Рыжий укусил сначала чуть-чуть. Потом взял кусок и разгрыз пополам. И, наконец, съел угощение целиком. 

 - Ещё есть? - спросили зелёные глаза.

 - А то как же! - обрадовался русский, - и достал добрую половину головки, толстый белый хлеб базламу, помидорину, и разместил все это добро на газетке. Раскрыл перочинный нож и нарезал снедь на удобные куски. Изрядную порцию сыра отделил коту.

Кот устроился тут же на скамейке напротив русского. Они не спеша, медленно утоляли голод, разговаривая глазами и дальних странах и о голубом небе на российскими золотыми куполами…

Русский постепенно успокоился и расслабился, грустные мысли покинули его и он придался целебной стамбульской философской лени, носителем которой и являются здешние Коты.

Уже за полночь Рыжий вежливо проводил русского до дверей отеля и простился с ним
по-приятельски.  но при этом Рыжий, конечно, чувствовал себя старшим существом, оказавшим посильную помощь ещё одному потерянному гостю Стамбула.
 
Да, в Стамбуле все должны быть счастливы!

Если вы сомневаетесь в этом – просто покормите кота!

Если вы хотите понять Город, узнать его как доброго друга, хотите войти к нему в доверие и пользоваться его расположением -  не становитесь обычным туристом.

Станьте другом стамбульского Кота - следопытом, дозорным, разведчиком.

Следите за тайной жизнью, за знаками на лицах читайте внимательно вывески, названия улиц.

Смотрите в суть, а не на нарядный фасад.

Научитесь ходить по трекам кошачьих следов.
 
Все коты идут к счастью и благоденствию.

Счастье и Благоденствие живут в любом городе.
Но их не так-то просто найти.

Присмотритесь получше, выберите Кота и иди за ним след в след! 

Кормите кота не спеша, уважая его достоинство. Гладьте тактично, развивая отношения по мере того, как он позволит.

Не грубите Коту!

Нагрубив, вы уже никогда не узнаете тайн Османской истории, не восхититесь исламской миниатюрой.

Будете ходить как зомби между печатями и знаками, не понимая, как постичь суть.

Молчите.

Слушайте.

И, может быть, Стамбул подарит вам своего Кота.
 
И тогда - идите за ним.      

В Стамбул.