Я боюсь не тебя

Я не смогу уснуть без света, это точно,
ведь страшно мне, как в том ужасном сне.
А ты напрочь забыла про больной позвоночник
и улеглась где-то в холодной земле.

Ты лежишь и гниешь в тишине многолетней,
позвоночником белым скребешь по доске,
и мне страшно уснуть в темноте предрассветной,
вспоминая твой облик в могильной тоске.

Слышу скрежет. Он тихий, но острый и частый,
словно кто-то ногтями ведет по стеклу.
Это ты, не дождавшись молитвы напрасно,
приползла, чтоб развеять ночную хандру.

И вот ты уже не в земле, а в кровати,
пальцы впиваешь мне в горло, в висок.
Я вдыхаю твой запах - прелый и сладкий,
слышу твой вечный, немой, ледяной голосок.

Твои волосы липнут к лицу паутиной,
белый череп склоняется ниже ко мне.
Каждый вдох отдает могильною глиной,
каждый взгляд утопает в бездонной вине.

Сердце рвется наружу, дрожат мои руки,
тень качается молча у самой стены.
Все смешалось в клубок неизбывной разлуки,
и уже не понять, где кошмар, а где ты.

Но рассвет просочился сквозь плотные шторы,
растворяя во мраке ночной силуэт.
На подушке остались лишь слезы и шорох,
да холодный, безжалостный утренний свет.

Это был только сон, сотканный из воспоминаний,
о тебе, что навеки осталась в земле.
Только память умеет страшнее страданий
возвращать дорогих в предрассветной мгле.

Теперь ночь для меня - не забвенье, а казнь,
где постель превращается медленно в склеп.
Я боюсь закрывать пустые глаза -
там ты снова поднимешься молча на свет.

Я оставлю лампаду гореть до утра,
пусть глаза обжигает усталая боль.
Лучше вечная явь, чем минута, когда
снова встретиться сможем во сне мы с тобой.

Ведь во сне ты приходишь не той, что любил,
не с улыбкой, не с теплым сияньем в глазах.
Память прячет любовь под покровом могил,
оставляя лишь холод, отчаянье и страх.

И пока мое сердце не примет утрат,
будет ночь открывать этот проклятый путь.
Я боюсь не тебя. Я боюсь лишь опять
Отпустить тебя днем и никогда не вернуть.