Михаил Елькин

***
Этих Бог дочуркой кроткой
Наградил, а этим – сын.
Только я свой век короткий
Одинёшенек-один!

Я не женоненавистник:
Женщин я познал сполна.
Но в избе моей и в жизни
Только я и тишина.

Без гнезда живёт кукушка,
Не грустит, с чего бы — мне?
У иных судьба-дурнушка,
А моя себе вполне.

Слава Богу, есть свой угол.
Есть, к чему душой прильнуть.
Есть, чем поделиться с другом.
Что надеть и что обуть.

Как у всех, забот хватает!
Дети! — гляну из окна.
А на нём снежинка тает,
Одинёшенька-одна.


В ТУ НОЧЬ

В ту ночь с тобой ещё мы были рядом.
Как муж жену, тебя я провожал.
И верили, встречаясь, наши взгляды:
Счастливым будет ночи той финал!

Как хорошо идти нам было вместе!
Откуда знать могли мы ночью той:
Не стать мне женихом твоим, невестой
Тебе не быть моею ни за что.

В ту ночь судьба щедра была на милость:
Не знали мы — любовь идёт к концу!
Во тьме небес звезда к земле катилась,
Как будто бы слезинка по лицу.


***
За поплавком луны следи —
как в небо он ныряет снова!
Мы с другом в лодке ждём улова
реки осенней посреди.

А в ней листвы опавшей медь
и звёзд на глубине мерцанье.
Услышишь — было бы желанье! —
земли дыхание во тьме.

У друга моего в руке
вот-вот — гляжу — забьётся рыба.
А я принесть хотел бы в Избу
звезду красивую в мешке.

Замру над тихою водой
и представляю то мгновенье,
когда во тьме реки осенней
плавник увижу золотой...

Плывут листва и ночь тишком,
ничто во мне не шелохнётся,
что друг мой с рыбою вернётся
домой, а я с пустым мешком.


***
Ушла, не встретившись со мною
Глазами.
В чем я виноват?
И как мне подобрать слова
С любовь мою величиною?

И я в любови той — невольник,
Забыть пытающийся зря
Тебя...
Беззвучно, как заря,
Пылает на ветру шиповник.


***
Избами над и овинами
В небе печаль журавлиная.

Плач журавлей, улетающих
На зиму, дом оставляющих.

Птицы кружат.
Не уляжется
Сердце: вслед вылетит — кажется.

Как вы без леса сторожкого
Там, без болотцев морошковых?

Как без полей пармы около?
Сосен щекочущих облако?

Помните озеро мглистое,
Речку с луною искристою!

Сил вам и солнца над крышами!...
Скрылись.
Надеюсь — услышали.