Кофе Дым. Бариста

Ну, здравствуй, старый добрый Кофе & Дым.
Гостей сегодня мало — в основном завсегдатаи.
Пойду поближе к ним.
— Мне двойной эспрессо.
Подымим, поговорим.

А эти двое спорят, как обычно —
так у них всегда, и это всем привычно.

— Вот, что ты с этим хламом возишься?
Что ты пытаешься найти? — услышал я,
издалека и решил поближе подойти.

— Да что б ты понимал! Ты посмотри —
ведь это драгоценность!
Ты не представляешь, чего мне стоило её найти!

На столе лежал увесистый фолиант.

— Я серьёзно говорю: в литературе
это настоящий бриллиант.
Какой здесь метр, какие рифмы и приёмы
а слог какой — не чета иному!

— Ты собираешь редкие слова, сравнения,
раскладываешь их по полкам.
Вот только пока они лежат на полках —
они не принесут никакого толка.
Я так тебе скажу:
чтобы что-то написать —
должно быть озарение.
Вспышка!
И всё пришло в движение
тебя несет поток и ты
счастлив как мальчишка

А в это время к их столику подошла бариста.

— Можно рядом посидеть?
     Я буду тихой мышкой.
Поставила по чашке перед каждым.

— Я не умею говорить, как вы, цветисто.
Но, слушая ваш разговор,
я вот что вам скажу, чтобы закончить спор.

Я недавно прочитала —
она наморщила курносый носик —

«Здесь есть некий герой,
который не совершил ничего —
всего лишь потряс дерево,
когда на нём созрели плоды.
Вам кажется, что этого слишком мало?
А вы сначала взгляните на дерево,
которое он потряс».

Так сказал бы Ницше,
если б он сейчас здесь был.

Один из вас эти знания копил,
раскладывал по полкам.
Они — основа.
Но без искры от них действительно
не много толку.

И вот тут появляется второй.
Озарение. Вспышка.
И костёр занялся,
разгорелся, и дарит всем тепло и свет —
искусства без оглядки на излишки.

Поэты слушают.
Один на дне кофейной чашки ищет вдохновение.
Другой — по своей привычке —
на салфетке что-то быстро пишет
и, как обычно, философию выносит за кавычки.

Позже
один сказал другому:

— По-моему, она сейчас сказала то,
что должно было прийти в голову
одному из нас двоих. Любому.

Мы так долго шли к перепутью,
что даже и не поняли,
что собирали хворост для костра.
И на пике наших споров
становился чутким слух,
а речь казалась
возвышенно быстра,
опаленное огнём,
лишённое шелухи
и бессмысленных переговоров,
рождалось что-то новое.

Истинное сотворчество двух авторов,
двух родственных душ,
без условий и без договоров.

---

Они сидели за одним столом,
но было необычно тихо.
Один смял и выбросил
исписанную салфетку,
другой, улыбаясь,
рассеянно разглядывал
красавицу соседку.

— Представь, что получается:
а наша девочка не только
в кофе разбирается.