Ведь я не сразу поняла , куда попала
Моя любовь пылала красной вишней
И , к сожалению, слишком поздно осознала
Я оказалась ( и была тут) третьей лишней
Слова текли рекою в обещания
И с каждым разом глубже.. интересней
И были слишком долгими прощания
Все ярче.. жарче .. бессловесней
Залечит время? Думаю, едва ли
Тут не поможет месяц или год
Глубоких ран души моей.. печали
Лишь только не любивший не поймёт
А может в плед и с головой укрыться
Всплакнуть , чтобы немного полегчало
А может, лучше в платьице из ситца
И постараться жизнь начать сначала
Я не сразу поняла
© Copyright: Елена Бабанская, 2026
Свидетельство о публикации №126070508527
Свидетельство о публикации №126070508527
Рецензии
Елена, здравствуйте.
В вашем стихотворении есть очень точная, звенящая нота — это звук столкновения горячего чувства с холодной пустотой. Образ любви, которая «пылала красной вишней», на фоне осознания, что ты «третья лишняя», бьёт наотмашь. В этой строке — вся боль обманутой надежды, когда яркость и сладость вишни оборачиваются горькой косточкой.
Самое живое и человечное здесь — это финал. Вы не даёте своей героине красиво страдать в тишине. Вы показываете её метания, которые так знакомы каждому: то забиться «в плед и с головой укрыться», чтобы просто выплакать эту тяжесть, то — резкое, почти отчаянное желание сменить «глубокие раны» на «платьице из ситца» и начать всё заново. Этот контраст между желанием спрятаться и потребностью жить, между зимней тоской и летним ситцем — это и есть настоящая, не придуманная жизнь.
В тексте есть пара шероховатостей, которые хочется просто мягко обнять, а не исправлять. Слова, которые текут «интересней», немного выбиваются из общего грустного тона, а многоточия порой разрывают ритм. Но в них же — дыхание живого, взволнованного человека, которому трудно дышать от подступивших слёз. И эта искренность здесь гораздо важнее идеальной формы.
Спасибо вам за эту честность, Елена. За то, что не побоялись показать эту растерянность перед болью. Иногда, чтобы начать жизнь сначала, действительно нужно просто выплакаться под тёплым пледом, а потом — всё-таки надеть то самое ситцевое платье.
Вячеслав Зуев 03.10.2026 22:59 • Заявить о нарушении
В вашем стихотворении есть очень точная, звенящая нота — это звук столкновения горячего чувства с холодной пустотой. Образ любви, которая «пылала красной вишней», на фоне осознания, что ты «третья лишняя», бьёт наотмашь. В этой строке — вся боль обманутой надежды, когда яркость и сладость вишни оборачиваются горькой косточкой.
Самое живое и человечное здесь — это финал. Вы не даёте своей героине красиво страдать в тишине. Вы показываете её метания, которые так знакомы каждому: то забиться «в плед и с головой укрыться», чтобы просто выплакать эту тяжесть, то — резкое, почти отчаянное желание сменить «глубокие раны» на «платьице из ситца» и начать всё заново. Этот контраст между желанием спрятаться и потребностью жить, между зимней тоской и летним ситцем — это и есть настоящая, не придуманная жизнь.
В тексте есть пара шероховатостей, которые хочется просто мягко обнять, а не исправлять. Слова, которые текут «интересней», немного выбиваются из общего грустного тона, а многоточия порой разрывают ритм. Но в них же — дыхание живого, взволнованного человека, которому трудно дышать от подступивших слёз. И эта искренность здесь гораздо важнее идеальной формы.
Спасибо вам за эту честность, Елена. За то, что не побоялись показать эту растерянность перед болью. Иногда, чтобы начать жизнь сначала, действительно нужно просто выплакаться под тёплым пледом, а потом — всё-таки надеть то самое ситцевое платье.
Вячеслав Зуев 03.10.2026 22:59 • Заявить о нарушении