Диагноз творец

Родился мальчик — был как все ребята,
Гонял мячи с утра и до заката.
Но что-то в мозге щёлкнуло однажды,
И стал он мучиться от сильной жажды.

Другие шли работать год за годом,
Другие жили в мире и с доходом.
Другие планы строили ночами,
А он всё спорил сам с собой часами.

Другие спали крепко до рассвета,
А он искал великого ответа.
Зачем писать? Кому всё это нужно?
И почему внутри так часто душно?

Напишет строчку — скажет: «Гениально!»
Пройдёт минуты три — «Ужасно и провально!»
Ещё минуты две — «Да это просто клад!»
Ещё одна минута — «Верните всё назад!»

Он жаждет подтверждения признанья,
Чтоб оправдать все эти истязанья.
Но мир молчит, и тишина кругом,
Лишь кот зевает рядом под столом.

И кот как будто думает порой:
«Хозяин, что опять не так с тобой?
Ты тридцать раз менял один куплет,
А миску мне наполнить — времени всё нет».

И вот сидит творец четвёртый час подряд,
Меняет слово тридцатый раз подряд.
Потом меняет снова всё подряд,
И снова всё меняет он подряд.

Друзья купили дом, машину,
Кто дачу, кто себе квартиру.
Кто бизнес свой сумел открыть,
А он пытался мир раскрыть.

Творец проснётся в пять утра —
Не потому что спать пора,
А потому что среди сна
Пришла «великая» строка.

Он вечно ищет высший смысл,
Во всём пытаясь видеть мысль.
Он жаждет крика: «Это шедеврально!»
Чтоб жизнь его прошла не так банально.

Он ищет смысл в луже у подъезда,
В случайной фразе, в отблеске созвездья,
В улыбке, в шуме, в трепете листов,
И в тяжести несказанных им слов.

Ему бы жить спокойно и обычно,
Работать в офисе, ходить в кино,
Вести себя достойно и прилично,
Но в голове — немое полотно.

И в этом шутка, странная до боли:
Он сам себе и узник, и неволя.
Как будто кто-то выбрал за него,
Оставив только это ремесло.

Ведь если смысл вдруг исчезнет на минуту,
То мир становится болезненным как будто.
Всё пресным, серым кажется вокруг,
И даже солнце выглядит не круто.

Творец вздохнёт: «Какая боль и грусть,
Я больше к этим мукам не вернусь».
Но через час, забыв свои слова,
Уже сидит и пишет до утра.

И кто-то скажет: «Брось, живи попроще,
Без этих драм, страданий и забот».
Но поздно — механизм уже завёлся,
И поезд мыслей навсегда понёсся.

Так и живёт: смешно и очень грустно,
То пусто на душе, то слишком густо.
Сомнения, надежды и невроз —
Такой вот грустный, творческий психоз.