Свободой измеряется любовь

Люблю безумно… Всё ещё люблю.
Любовь не умирает по приказу.
Предательство вовек не оправдать,
Но сердцу не разучиваться сразу.

Я каждый день молюсь лишь об одном:
«Господь, дай силы мне его оставить.
Не жить его дыханьем, каждым днём,
Не ждать, не помнить, не искать, не ранить».

Не думать: где он? Счастлив ли? Живой?
Не ждать шагов, которых не случится.
Не помнить день, забытый лишь тобой,
Что до сих пор ночами мне всё снится».

Не думать больше, где сейчас и с кем,
Не ждать случайных писем и привета.
Не помнить, как забыл мой важный день,
Когда я так ждала любви рассвета.

Ты, может быть, однажды всё поймёшь,
Когда устанешь жить во власти эго:
Вся ненависть моя была лишь крик
Любви, не находившей человека...

Я знала: ты любил не глубиной,
А страхом потерять своё владенье.
Ты не меня — лишь образ полюбил,
Пытаясь подогнать под представленье.

Любил не сердцем — страхом потерять,
Не счастьем моим — жаждой обладанья.
Хотел держать, исправить, подчинять,
Назвав любовью лишь своё желанье.

Ты ставил цену нежности моей,
Просил меня меняться раз за разом.
Но разве любит тот, кто говорит:
«Стань не собой — тогда мы будем рядом»?

А я под этой тяжестью жила,
Себя теряя тихо, незаметно.
Душа моя по капле умирала,
Но продолжала верить беззаветно.

Когда-нибудь, быть может, ты поймёшь
Без громких слов, без гордости, без споров:
Любовь — не значит навсегда владеть,
Она способна освободить оковы.

Любовь не держит душу взаперти,
Не строит счастье страхом и запретом.
Она умеет только отпустить,
Чтоб человек сам выбрал быть при этом.

Любовь не лепит душу под себя,
Не делает из крыльев позолоту.
Она не знает слова «запрещать»,
Не превращает верность в несвободу.

А если бы любил меня душой,
Без жажды обладать и переделать,
То чувствовал бы свет в моих словах,
Который мог весь мир любовью сделать.

И если бы любил меня всерьёз,
Не взглядом — сердцем, данным нам от Бога,
Ты увидал б искру счастливых глаз,
Что освещает сложную дорогу.

Я превратила б каждый новый день
В тепло, где не осталось бы ненастья.
И рай был рядом — здесь, а не во сне…
Но для двоих его рождает только счастье.

Ты видел бы, как женщина цветёт,
Когда её не судят, принимают.
Как из любви рождается тепло,
В котором даже зимы расцветают.

И, может быть, тогда бы понял ты,
Что счастье не рождается от власти.
Ведь настоящая любовь — не взять.
Настоящая любовь — стать чьим-то счастьем.

Я верила, что сказка оживёт,
Что ты придёшь, когда мой мир разрушат.
Но принц не спас, когда пылал мой дом,
И не прикрыл собой больную душу.

И, может, сказка вовсе не о том,
Что нас спасают чьи-то обещанья.
Она о том, как, потеряв свой дом,
Мы обретаем силу сквозь страданья.

И лишь теперь я истину постигла,
Что выше всех признаний и наград:
Любовь не держат, чтоб не потерять.
Любовь — где берегут, боясь сломать.

Люблю безумно… Всё ещё люблю.
Но с каждым днём всё тише эта рана.
Я не тебя — себя теперь молю
Вернуть душе свободу, что дана Богом изначально.