Светик

Колоски качает в колыбельном вальсе,
Напевая арию под вихрь дождя.
То щебечет нежно, то подобна сальсе,
Каблучками в стуке тени уводя.

То она с грозою, то со знойным солнцем.
Что же вдруг с тобою, летняя пора?
Ты мне прошептала, что под тихим Донцем
В думах засидевшись ждёшь день ото дня.

И играешь лаской, всё меня дурманя,
Манишь ярким видом прямо из окна.
Для меня ты жажда, для меня ты пламя,
Жгучая и верная, бродишь допоздна.

Твой прикид бесценен в изумруда груде,
И колышет сердце, как в полях овёс.
Так и захотелось, – вдох и с полной грудью
Имя прокричать, избегая слёз.

Ты глазурью в небе облака рисуешь,
Желтым цветом оттеняешь край.
Где же ты веснуешь, где же ты зимуешь?
Я тебя прошу, лишь не отпускай!

За руку схватившись, мягко улыбаясь,
Вводишь в хоровод на закатной мгле.
Солнцем на восходе мило распаляясь,
Поцелуй прощальный оставляешь мне.

Ты ещё вернёшься, Светик, с натюрморта,
На него же сразу обратишь свой взор.
Где ещё найду я грацию комфорта,
Так изящно вшитую в красочный узор?

Пробурчишь мне сладко мимолётом песню,
На качели нежно усадив меня,
И, венком играясь, улечу я в бездну
Белых мягких далей и дождей следа.