Сказка о грустной царевне

1.
Во тридесятом царстве за тридевять земель,
у мира на отшибе, как говорили встарь,
где летом дождь да грозы, зимой метёт метель,
своим народом правил законный государь.

Амбиций не лишённый, но подданным – отец,
чуть-чуть победокурить, бывало, царь не прочь.
Годами умудрённый, уже давно вдовец,
имел отраду сердца – молоденькую дочь.   

Он в ней души не чаял и баловал слегка,
хотя она, по правде, была скромна, мила.
Но время быстро мчится, как бурная река,
а царь и не заметил – девица подросла.

Нет сына у владыки, наследника лишён.
Печалится бедняга, не спит он в ночь-полнОчь.
Но как-то раз приснился ему престранный сон,
что замуж должен выдать единственную дочь.

Известно, утро ночи гораздо мудренЕй:
«Вот глупости какие!» - царь утром бормотал.
Но минула неделя, а может десять дней,
и тот же сон родитель под утро увидал.

Хотел бы он, конечно, внучка побаловать,
вот был бы и наследник, на царство претендент!
С малюткой повозиться – какая благодать!
Но есть тут, к сожаленью, сомнительный момент.

Задумался он, мысли и так и сяк вертя:
«Хотел бы я внучонка, хотя бы одного,
но дочка не готова, она – почти дитя,
я ей желаю счастья, а больше ничего».

Окончен долгий вечер, на землю пала ночь,
заснул, и та же тема, но только слышен глас:
«Не ерепенься, сударь, а выдай замуж дочь,
и принимай решенье сегодня же, сейчас.

А коль не согласишься, то вот тебе исход –
не будет счастья дочке на самый мелкий грош.
А сам ты заболеешь и ровно через год
в ужаснейших мученьях, дружочек мой, помрёшь».

Проснулся венценосец, как заяц во хмелю.
Понять не мог сначала – то было сон иль явь?
«Конечно же, дочурку всем сердцем я люблю,
но через год загнуться?  Ох, Господи, избавь!»

Пошёл отец к царевне на трудный разговор.
Как эту малолетку на свадьбу убедить?
Прокрался он к светлице, стоит, как тайный вор.
Глядит – прядёт царевна, за нитью тянет нить.

Сама поёт тихонько, а только в песне грусть,
Бросает свет окошко на девичью косу.
Папаша умилился и от избытка чувств
слегка пустил скупую отцовскую слезу.

Однако же заходит в светлицу папа - царь,
и дочь его встречает, как есть – по чину чин.
«Как ночь и как здоровье, великий государь?
И что вам от болезней советуют врачи?»

«Спасибо!» - отвечает внимание ценя, -
я слушаю вполуха настырных лекарей».
«С чего начать подходы?» - он мыслит про себя, -
но надо это с этим делом закончить поскорей!»

«Послушай дочка, годы мои идут к концу,
наследника мне надо, чтоб царство сохранить.
Поэтому решил я вести тебя к венцу,
чтоб не прервалась рода естественная нить...»

Услышав эти речи, царевна обмерла,
как будто в ясном небе ударил с треском гром.
Своё девичье счастье так долго берегла,
и вот отцовской волей оно идёт на слом.

Но девушка покорна родителю - царю,
хотя в лице смятенье не трудно угадать:
«За милость и заботу я вас благодарю,
но за кого же замуж желаете отдать?»

Едва не прослезился и вдругорядь отец,
мол, выберешь сама ты по сердцу жениха.
Приглянется достойный, так сразу под венец,
чтоб было чин по чину, без смуты и греха.

И челяди тотчас же строжайший дан указ:
готовить всё, что нужно, для царственных смотрин.
А числятся в приданом и золотой запас,
и сёла с деревнями, и шёлку сто аршин.


2.
Во все концы отчИны и даже за кордон
и пешие и конно отправлены гонцы,
чтоб те, кому дозволят обычай и закон,
во стольный град явились. Сыскались молодцы,

к означенном сроку собралось сотен пять,
да только претендентов достойных пять иль шесть,
таких, кого не стыдно царевне показать.
Быть зятем государя - большой почёт и честь.

Вот барин родовитый – и чем не женишок?
В бобровой шапке, в шубе, живот его велик.
Принёс царю с царевной он сЕребра горшок,
и государя зятем назвать себя велит. 

Читателя не стану я сильно утруждать,
речей его хвастливых, увы, не перечесть.
Кивнула лишь царевна, не смея обижать
боярскую надменность и барственную честь.

И вот другой из прочих ей целится в мужья –
довольно захудалый, но благородный граф.
А всё его богатство – лишь замок да земля,
хотя на то и это имеет мало прав.

Кивнула вновь невеста, подумаю, мол, я.
С тем и покинул «сцену» настырный претендент.
Уехал прочь из царства, отнюдь, не сыт, не пьян,
но это для сюжета не значащий момент.

Вот третий соискатель из тех восточных мест,
где ценят многожёнство, сбирая жён в гарем.
Паша шнырял по свету, и в поисках невест,
по здравым разуменьям, совсем уж обнаглел.

Не в шутку рассердившись, царь вымолвил в сердцах –
не в наших, мол, обычьях иметь десяток жён.
«Женись в других пределах, коль разрешил Аллах!»
И был вельможа страстный с позором выгнан вон.

Четвёртый да и пятый – пустые женихи,
есть титулы и званья, да только в них ли толк.
Простушке – горожанке они и неплохи,
но если разобраться, таких-то целый полк.

И вдруг, ни сном - ни духом, и вовсе не был зван,
как чёрт из табакерки, явился новый гость.
Моментом протрезвели все те, кто был уж пьян,
иным застряла в горле обглоданная кость.

Жених сутул и сгорблен и ростом невелик,
хотя одет по моде – и в бархат, и в сукно.
А на лицо невзрачен, совсем уже старик.
Но был он всё же принят, раз так заведено.

Повёл он льстивы речи: «Краса моя, тебя
как только я увидел, совсем лишился сна.
Поэтому, красотка, всем сердцем возлюбя,
беру тебя я в жёны, одна ты мне нужна».

И дальше продолжал он, что очень, мол, богат,
от сЕребра и злата ломЯтся сундуки.
Но, дескать, мол, невеста дороже во сто крат,
а упускать богатство ему-де, не с руки.

Невеста не сробела, взглянув ему в лицо,
сказав, что выйдет замуж лишь только по любви,
и кинула уроду дарёное кольцо,
при этом рассмеялась и крикнула: «Лови!»

Ужасно рассердился незваный женишок,
сказал, что он запомнит предерзкий этот смех.   
И вымолвил такое, что у собранья – шок,
а повторить дословно, наверно был бы грех.

Предрёк, что рассмеётся она ещё хоть раз,
иль влюбится в кого-то капризнейшая дочь,
то жизнь свою закончит девица в то же час
и что никто из близких не сможет ей помочь.

И с этими словами пришлец из дальних стран
как будто растворился, как будто и не бЫл.
Так в поле исчезает заутренний туман.
(а впрочем, это ж сказка, а не сухая быль).

Насилу отпоили царя хмельным вином,
пытались успокоить испуганную дочь.
Велел наш самодержец закончить пир на том,
а всех гостей остатних сейчас же выгнал прочь.

 

3.
С тех пор краса – девица затворницей жила.
Не допускали в терем подруг её шальных.
Царевной – Несмеяной молва её звала.
Что делать? Продолжаю я свой печальный стих.

Не улыбнулась дабы царевна невзначай,
приставлена служанка, чтоб святцы ей читать.
А грустные ж те святцы (не до веселья, чай!).
А что жива девица - так в этом благодать.

Проходит месяц, два ли, а может даже три,
всё царство – государство в печаль погружено.
Ужасные итоги тех царственных смотрин
ещё не позабыты, хоть кончились давно. 

Но жизнь, как буйну речку, нельзя остановить,
прорвётся сквозь плотину неистовый поток.
Чтобы продлить подольше сего сюжета нить,
скажу, что появился однажды паренёк.

Стал конюхом при царских отменных лошадях,
в заботах бесконечных, едва взойдёт заря,
в работе его руки, а голова в мечтах.
Но видимо, парнишка в рассказ попал не зря.   

Увидев раз царевну, воскликнул конюх: «Ах!
Зачем живёт в осаде такая красота?»
Не о такой ли грезил чудак в своих мечтах,
а вот она явилась и во плоти – мечта!

«Эх, был бы я боярин, а лучше, чтобы князь,
то вмиг бы обратился до батюшки – царя,
а взяв благословенье, усердно помолясь,
повёл к венцу невесту... мечтаю только зря».

А между тем, царевна глядела из окна
и парня увидала: и статен, и пригож.
Вот жениха такого хотела бы она,
да жаль, простолюдин он и во дворец не вхож.

По вечерам прислуга, собравшись за столом,
о том – о сём болтала, конечно о царе,
не к ночи поминала об ужасе былом,
который учинился в смотрины при дворе.

Узнал всю правду парень и снова возмечтал,
как он царевне грустной сумел бы враз помочь.
И во пареньи духа порою так взлетал,
что будто на руках он носил царёву дочь.

С тех пор не раз «случайно» бывал он у окна,
желая любоваться на девичью красу.
Не часто подходила к окошечку она,
и как-то раз увидел он девичью слезу.

Тогда уже не в силах сдержать свой юный пыл,
он храбрости набрался и стоя под окном,
о чувствах к деве страстных он с ней заговорил,
поскольку и не думал о чём-нибудь ином.

Вот встретились их взгляды... Свершилось наконец,
о чём мечтали оба, но порознь по ночам.
Любви святая искра коснулась их сердец
и свет преобразился у девушки в очах.

Но помня ту угрозу, что ей колдун предрёк,
улыбку затаила, отпрянув от окна.
Всё ж был неумолимым, как видно, девы Рок,
и поняла царевна, что в парня влюблена.

Нет силы, что способна любовь перебороть,
и наша Несмеяна прокралась тайно в сад.
И вот она тропинкой тихонечко идёт
любимому навстречу. И кто б подумал, брат!?

В груди у парня сердце стучит, как барабан.
Но чтобы посторонний их не заметил глаз,
чудак, переоделся он в женский сарафан
и думает: девчонку я удивлю сейчас.

Увидела царевна неловкий «маскарад»,
но конюха узнала, развеселилась вдруг.
Девической улыбке вначале был он рад,
но вдруг и безотчётно хватил его испуг.

В глазах у юной девы внезапно свет померк,
она на землю пала, недвижная лежит.
Ужель сбылось проклятье и подступила смерть?
Неужто так вот мало ей суждено пожить?

А во дворце случился большой переполох,
кричат и суетятся, не зная что творить.
А царь, узнав о дочке, лежит в постели плох,
вот – вот помрёт. Не знают, кого и хоронить.

Захвачен бедный конюх, в темницу заключён.
Царевну осторожно несут, кладут в кровать.
Весь день без толку прожит, как некий страшный сон,
а лекарей под вечер лишь догадались звать.

Собрались эскулапы, по-нашему – врачи,
судили и рядили: жива или мертва.
Да так и не решили, охальники – рвачи,
быть может и скончалась, а может и жива.

Ещё был старый травник, целитель – чародей.
От полной безнадёги и тот был приглашён.
«Злой мести не добился сей давешний злодей,
не умерла царевна, а только впала в сон.

Лишь тот её разбудит не позже трёх деньков,
кто жизнь свою без страха согласен ей отдать.
А если не найдётся, кто к жертве был готов,
тогда живой царевну вам больше не видать».

Едва пришёл в рассудок несчастный государь,
как повелел он парню головушку рубить.
Но через час унял он свои и гнев, и ярь
и приказал пред очи «злодея» предъявить.

«Что ж ты наделал, злыдень! Царевну погубил!
За это лютой казни велю предать тебя!»
«Лишь в том я, царь, повинен, что сильно полюбил.
готов я даже к смерти, как жизнь её любя!

И душу для любимой готов теперь отдать.
Лишь об одном прошу я допрежь на плаху лечь,
Дозволь красу – девицу хоть раз поцеловать,
и пусть расплатой будет топор мне или меч!»

Царя смутили речи такого молодца
и что-то потеплело и дрогнуло в груди.
Но внешне не меняя угрюмости лица,
он тихо возглашает: «Ну что ж, холоп, иди...» 

Заходит конюх в терем, открыл в светлицу дверь.
Глядит – лежит царевна, жива или мертва?
«Прощай, моя голубка.  Тебя люблю я, верь!».
На этом прекращает напрасные слова.

Склонился над кроватью и на колени стал,
с улыбкой горькой смотрит на бледный девы лик.
И очень нежно в губы, её поцеловал...
...И сразу светом ярким всё озарилось вмиг!   

Ан, дрогнули ресницы, открылись и глаза,
слегка она вздохнула, головкой повела.
по щёчке прокатилась, как бусинка, слеза
и дева улыбнулась. Такие, брат, дела!
 
Сказали государю – он в обморок упал
на этот раз от счастья. Когда пришёл в себя,
спасителя царевны опять к себе призвал,
его он крепко обнял, как будто бы любя.

«За всё тебя прощаю и ты меня прости.
По счастью спас ты дочку (хоть не сгубил едва),
и за свою услугу, что хочешь, попроси...» -
такие вот в порыве он произнёс слова.

В ответ воскликнул конюх: «Не надо мне наград,
по мне чины и званья – совсем не благодать.
Но коли разрешишь мне, то буду очень рад
любимую голубку, ещё раз увидать».

Тут царь нахмурил брови – как может смерд дерзить?
Да разве будет ровней ему царёва дочь?
Подумалось, а может мне всё ж его казнить?
Но это будет слишком.  Угнать холопа прочь!

Ушёл из царства парень, поникла голова,
и где с тех пор скитался, не знаю ничего.
А царь неблагодарный прожил лишь год едва
и умер он. Свершилось проклятье - колдовство.
 

*******

На этом о царевне закончу я рассказ.
Что дальше с нею было, не ведаю, отнюдь.
Быть может и продолжу, хотя не в этот раз.
А может и не буду, хотя не в этом суть.

Нам с детства говорили, что побеждает свет,
что будет злобный битым, а добрый будет рад.
А я хочу, читатель, вам дать один совет:
добро творите людям, не ждя от них наград.

Ещё одно заметьте, что очень зло сильнО,
но с ним и для спасенья, опасен компромисс.
Добро пробьётся к свету, пробьётся всё равно,
хоть всякое бывает – на то она и жизнь!
 

КОНЕЦ

28 июня – 4 июля 2026