Легенда о пастухе и служанке

Из цикла "Легенды старой Праги"

          О пастухе и служанке

                Byl pozdni vecer – prvni maj –
                vecerni maj – byl lasky cas.
                Hrdliccin zval ku lasce hlas,
                kde borovy zavan;l haj.
                Karel Hynek Macha*

Возможно, лет двести, не больше, назад –
так значится в этом сказании –
служанка ходила гулять в графский сад,
а звали служанку Зузанной.
Под вечер её дожидался пастух,   
пригнавший господское стадо:
в беседке, под липой – обычный досуг.
Но лучшего им и не надо!
Красавицей редкой Зузанна слыла.
Эпохи милейший образчик:
фигурой заметна и кожей бела...
Жил в графском поместьe приказчик.
Без памяти в деву был тоже влюблён,
она же его за версту обходила:
и стар и сварлив был, всю жизнь бобылём**
он прожил, а к старости хворый да хилый,
жену молодую решил завести,
но видел препятствие к свадьбе:
пастух-молодец, хоть лицом не ахти,
берёт и годами, и статью.
Соперника наш досточтимый жених               
задумал тотчас уничтожить:               
дошло у влюблённых до блюд сватовских –
он чувствовал собственной кожей.
Шёл месяц любви, восхитительный май.
Под липой сошлись молодые.
Вдруг крикнул приказчик: «Немедля поймать!
и вздёрнуть мерзавца на дыбе!»
Украл, мол, у графа десяток ягнят:
догнать и доставить в мучирну***!
И челядь пустилась приказ исполнять.
Бежали к беседке ампирной.
Зузанна, услышав погоню, собой
закрыла любимого друга
и, скинув одежды, предстала нагой:
собою бела да упруга.
Вернулись ни с чем челядины: «Шутить
изволите, доблестный пане,
но мы ничего, мы, как есть, без обид
не вы – так другой кто обманет.
Какой там злодей? В парке нет никого,
у липы скульптура нагая,
из мрамора, видно, её естество.
Найдётся ль другая такая?!»

Приказчик сдаваться никак не хотел.
Стоял у окна, пастуха поджидая
ночами... Однажды, как факел сгорел
во время грозы, предугаданной маем.
Таков был приказчика грустный конец.
Но этому есть оправданье:
Зузанну любимый повёл под венец –
коль верить подобным преданьям.

* Был поздний вечер – первый май;
   Кругом смотрeло всё, как рай:
   В сирени голубь ворковал,
   К любви голубку призывалъ   
                (в переводе Н. Берга)
** muсirna – застенок, пыточная
***имеется в виду идиома «жить бобылём» (быть нелюдимым, необщительным) – не «бобыль» как сословие.