Книга роман Королева 20 часть 1 глава

Королева Анна, опьяненная триумфом, мысленно сокрушала Анабель, воспринимая ее как дерзкую помеху на своем пути. "Надеюсь, ты там устроишь такой переполох, что сама графиня не выдержит твоего поведения," – пронеслось в ее мыслях.

Одна проблема, кажется, решена мной.
Вторая, похоже, тоже улажена с Лукрецией.
Той самой, что была так уверена в моем сыне.

Джонни шел по дворцовому коридору. Служанка, заметив его, почти бесшумно, словно ветерок, произнесла:
"Лукреция передала вам письмо."
Джонни взял конверт из ее рук и сунул в карман.
Он направлялся к матери, но Анна с улыбкой смотрела в окно, и даже проливной дождь не нарушал ее спокойствия.
"Лето тоже бывает дождливым," – подумала она.
Джонни остановился у ее дверей, немного поразмыслив.
Он легонько постучал пальцем, отвлекая ее от раздумий.
"Кто там?" – спросила она, поворачиваясь к двери.
"Ваш сын," – ответил он.
"Заходи." Он вошел и взглянул на свою мать, королеву Анну.
Властная женщина, державшая в своих руках не только корону Франции, но и его собственную жизнь.
Он стоял и молча смотрел на нее.
"Ты чем-то расстроен?" – спросила она.
"Бетти Пейдж через неделю станет твоей женой. Принцесса Испании, очень красивая девушка, не правда ли? Она словно цветок души, радующий мои глаза."
Он опустился в кресло, стараясь сохранять спокойствие.
"Да, ваше величество," – произнес Джонни, – "она действительно прекрасна. Но не слишком ли мы торопимся с этим браком?"
"Что ты такое говоришь мне?" – воскликнула Анна. – "Чем быстрее состоится ваш брачный союз, тем спокойнее мне на душе. Завтра бал. Жаль, что Бетти приезжала к нам ненадолго. Завтрашний бал пройдет без нее."
"Завтра утром я уеду," – сказал Джонни.
"Куда?" – спросила Анна. – "Опять к ней? К своей женщине, Лукреции? Ты все никак не можешь без нее? Ее не будет рядом с тобой, я запрещаю! У тебя скоро будет жена, а не какая-то шлюха, которая успевает играть глазами с мужчинами!"
"Она верна мне," – возразил Джонни.
"Твоя жена тоже будет верна тебе. Смотрю на тебя – ты отрастил бородку. Ты хочешь быть похожим на своего короля Ричарда? Борода тебе запрещена! Ты еще не король, а принц!"
Но он промолчал. "Я хочу так," – подумал он.
"Это вызов отцу! Ты не монарх, чтобы так себя вести! Завтра чтобы я не видела этого на твоем лице!"
Он посмотрел на нее и сказал: "Хорошо, только ради вас я это сделаю."
Она снова повернулась к окну. Дождь лил так сильно, что она пробормотала: "Что-то небеса нам послали дожди."




Джонни вышел из комнаты, чувствуя тяжесть материнского взгляда на своей спине. В кармане его пиджака лежало письмо от Лукреции, и его пальцы невольно сжали ткань. Он знал, что Анна никогда не примет его выбора, но и он не мог просто так отказаться от женщины, которая была для него всем.

Он спустился по лестнице, его шаги эхом отдавались в пустых коридорах. Дворец казался огромным и холодным, как и сердце его матери. Завтрашний бал, свадьба с Бетти Пейдж – все это было частью тщательно продуманного плана, в котором не было места его собственным желаниям.

Джонни вышел на улицу. Дождь все еще лил, смывая пыль с мостовой и оставляя на ней блестящие лужи. Он поднял воротник, пытаясь защититься от холода, но пронизывающий ветер все равно пробирался под одежду. Он чувствовал себя одиноким и потерянным, словно корабль без руля в бушующем море.

Он направился к конюшням. Ему нужно было уехать, хотя бы на несколько часов, чтобы привести мысли в порядок. Он не мог оставаться здесь, в этом дворце, где каждый уголок напоминал ему о его долге и о том, как мало свободы у него было.

Конюх, увидев принца, поспешно поклонился.
"Приготовьте мне коня, самого быстрого," – сказал Джонни.
"Куда вы направляетесь, ваше высочество?" – спросил конюх.
"Это не твое дело," – резко ответил Джонни.

Он вскочил в седло и поскакал прочь от дворца, оставляя позади его высокие стены и властную мать. Дождь хлестал его по лицу, но он не обращал на это внимания. Он мчался вперед, пытаясь убежать от своих проблем, от своей судьбы, от самого себя.

В его голове звучали слова Анны: "У тебя скоро будет жена, а не шлюха." Эти слова ранили его до глубины души. Лукреция не была шлюхой. Она была женщиной, которую он любил, женщиной, которая понимала его и принимала таким, какой он есть.

Он достал письмо из кармана. Мокрые пальцы дрожали, когда он разворачивал его. Почерк Лукреции был изящным и аккуратным. Он начал читать, и каждое слово проникало в его сердце, принося одновременно боль и утешение.

"Мой дорогой Джонни,
Я знаю, что тебе сейчас нелегко. Я чувствую твою боль, даже на расстоянии. Я знаю, что твоя мать никогда не примет меня, но я не могу отказаться от тебя. Я буду ждать тебя, сколько бы времени это ни заняло. Моя любовь к тебе сильнее всех преград.
Твоя Лукреция."

Слезы смешались с дождем на его лице. Он сжал письмо в руке, чувствуя, как его сердце разрывается на части. Он не мог отказаться от Лукреции, но и не мог пойти против воли своей матери. Он был заперт между двух огней, и не видел выхода.

Он остановил коня на вершине холма, откуда открывался вид на весь город. Огни дворца мерцали вдали, напоминая ему о его долге. Он был принцем, и его судьба была предрешена. Но он не мог смириться с этим. Он хотел быть свободным, хотел любить, кого хочет, и жить так, как хочет.

Он посмотрел на небо. Дождь начал стихать, и сквозь тучи пробивался слабый лунный свет. Он почувствовал прилив решимости. Он не сдастся. Он найдет способ быть с Лукрецией, несмотря ни на что. Он будет бороться за свою любовь, за свою свободу, за свою жизнь.

Он повернул коня и поскакал обратно в город. Он знал, что его ждет трудный путь, но он был готов к нему. Он был принцем, но он был и мужчиной, и он не позволит никому диктовать ему, как жить. Он будет бороться за свое счастье, даже если ему придется пойти против всего мира.