По следам Хаджи-Мурата 7

Мабыть, слегка «Гигиеничное». Округ одной, не шибко «гигантской гиены» (местечкового размера, до геббельсового недотягивающего) выстроенное.
Но сначала впечатаю из покалеченной 25-й («Каласы пад сярпом тваім»), опустив несколько строк, мало касающихся антиимперской темы:

Шчаслівых не было. Дваранства было прыніжанае, разначынства – распятае, чыноўніцтва – ніцае, сялянства – забітае.
І ўсё гэта нагадвала баляванне начных соваў над падлаю.
Гэта не была ноч, гэта быў прыгнечаны змрок зацьмення, калі жах перад невядомым прымушае дрыжаць самыя душы, калі мярцвянае попельнае цямноцце прывідам смерці ляжыць на ўсім, калі апошні сабака падціскае хвост. І ў гэтым цямноцці задыхаліся і чакалі смерці тысячы народаў і плямёнаў.
Усё прыносілася ў ахвяру ідалу дзяржаўнай моцы: дабрабыт, праўда, адкрытасць душ, любоў, сумленне, чысціня. І ўсе, з часоў французскага нашэсця, верылі, што моцы гэтай няма канца. Імперыя сама падтрымлівала гэтую веру войнамі з малымі народамі, зверскім падаўленнем польскага і венгерскага паўстанняў, перамоганосным пакарэннем ускраін.
А між тым моц была ўяўнай. Дзяржава шмат год не магла справіцца з маленькім і гордым горскім народам, у якога ледзь не адзінай зброяй была высокародная любоў да свабоды. Няхай дзікай, няхай галоднай – абы свабоды!
Абы паміраць у сваіх саклях і есці сваю фасолю.
Дзяржаўная гарыла, грудзі якой былі сточаны сухотамі, не хацела разумець гэтага і ўвязалася ў заведама непатрэбную вайну, якая не магла не скончыцца разгромам, бо раб не можа быць салдатам, як бы аддана ён ні змагаўся, як не можа добра і мужна, да самой смерці, абараняць радзіму чалавек, якому нясцерпна дрэнна жывецца ў ёй. Так было ў старажытнай Персідзе, так было ў Рыме. Гэтак павінна было здарыцца і тады.
Не зважаючы на гэта, урад рабіў такія ўчынкі, як быццам лоб ягоны быў на сем пядзяў.
Турцыя асмелілася не аддаць ключоў ад Віфлеемскага храма. Ды як пасмелі?! як не маглі зразумець, што тыя ключы аж конча патрэбны гродзенскаму ці разанскаму аратаю?! Д-добра, калі так! А тое, што за турэцкае адроддзе заступяцца жабнікі, макароннікі ды старая англійская сука – гэта тым лепей. Не давядзецца біць усіх паасобку.
Шапказакідательскія настроі былі такія вялікія, што ніхто не рыхтаваўся да вайны, ніхто не разумеў, што, атрымаўшы ключы, трэба яшчэ ўдзерціся ў дзверы, а на гэта проста няма сілы.
– Cela s’appelle un gouvernement (І гэта завецца ўрадам!) – толькі і сказаў стары Вежа, дачуўшыся пра ўльтыматум.
..................................
Прыдняпроўцы пагарджалі.
Пагарджалі смярдзючай салдатнёй і пагарджалі дзяржавай, якая трымалася на гэтай салдатні, усімі гэтымі кар’ерыстамі, што цягнуцца ў струнку, усёй сволаччу – незалежна ад чыну, – якая ляжыць ніцма перад чалавекам сярэдняга роду і сапсутых салдафонскіх манер. Нашто гэта ўсё, калі ёсцьтаражытная кроў, мастацтва, незалежнасць і адбіткі вячэрняй заранкі на мурах іхніх гнёзд?
Ці можа зразумець усё гэта бурбон, які даводзіць сваё гарматамі, гандляр, які пазычае грошы пад ліхву, чалавек іншай пароды, якому смешныя іх тысячагадовыя традыцыі?
-----------------------------

Согласен! Неприятно (для имперского уха). Особенно про «гориллу».
Полагаю, что переводить не обязательно (кто хочет, главное поймёт и так). Подобных мест во всём романе немало, и при нынешней ситуации в России бдительное Око на такие книги клеймо навесить вполне могло бы.

А між тым моц была ўяўнай. Дзяржава шмат год не магла справіцца з маленькім і гордым горскім народам, у якога ледзь не адзінай зброяй была высокародная любоў да свабоды. Няхай дзікай, няхай галоднай – абы свабоды!

Краешком (если – к «Хаджи-Мурату» поближе). Хотя где-то (по тексту «Каласоў) можно и другое найти. Ну, и к портрету Николая Палыча, вестимо.
А «усечённое»... В нынешней России (или, как её там...) в спецхраны зараз многое ховать начнут. Хотя символичнее было бы сжигать на площадях.
А у нас «гигины» гигиеной памяти занимаются, с позволения Гауляйтера.

Роман Владимира Короткевича «Каласы пад сярпом тваім» убрали из школьной программы Беларуси по инициативе провластного историка Вадима Гигина. Власти посчитали, что книга не соответствует нужной им идеологии, идеализирует образ Кастуся Калиновского и содержит слишком много вымысла, не способствуя воспитанию «правильного гражданина».

Полагаю, что имя самого провластного-правильного надолго в нашей Истории не сохранится. Несмотря на то что я ему где-то что-то закидывал. Как с «Нивеей», так и помимо неё.

«Открытое письмо»… При этом – аноним.
О драме «беларуских философий».
Ужели сам «писатель» за истину гоним?
А вдруг его сподвигнул Мефистофель?!
У Гигина проблемы. Растерян Зеленков.
На карте честь родного факультета.
«Мы критике открыты. Но только без пинков.
Не надо нас лишать авторитета.
Ошиблись с модулЯми. Болонья подвела.
И с тестами, пожалуй, дали маху.
Но школу нашу знают. Работы и дела.
Напрасно вы всё это на бумагу…
А в общем, мы открыты. Собрание и так.
Дискуссии, контакты – хоть с Китаем.
И «думка» наша бьётся в тылу и на фронтах.
И рейтинги мы правильно считаем».
(Ответ, 8.11.2018)

Студенты факультета философии и социальных наук БГУ написали открытое письмо о положении философского знания в образовательной системе университета.
«Мы открыты к такой критике, она может быть в адрес декана, в адрес профессуры, университет проходил через такие стадии. Когда человек открыто заявляет несогласие с чем-то, особый взгляд – это можно только приветствовать. Но печалит анонимность, в нашей стране анонимки всегда воспринимались, как не очень хороший поступок. Но это повод заявить о том, что происходит в университете», – отметил Гигин.
По его словам, изменения на факультете уже происходят, они похожи на то, о чем говорится в письме, но «не так радикально».

«Вадим»

Объял Вадима тайный страх;
Глядит в недоуменье –
И дивное тогда в глазах
Вадимовых явленье:
Он видит, некто приподнял
Иссохшими руками
Могильный камень, бледен встал,
Туманными очами
Блеснул, возвел их к небесам,
Как будто бы моляся,
Пошел, стучаться начал в храм...
Но дверь не отперлася.
(В. А. Жуковский)
---------------------------------

Был предан Родине Вадим.
Соблазнов не имея,
в святой любви неукротим
мыл голову Нивеей.
Пустые тюбики хранил
в шкафу и под кроватью.
Точил* свой дух в огне горнил,
кропил озёрной вадью.
Но враг Отчизны не дремал.
Без лiтасьцi и шкоды
в Нивее смешивал крема,
салоны портил в Шкодах.
Пошёл на принцип наш декан,
Вадим умнейший Гигин.
Пустые тюбики в тюках
топил в трубе Немиги.
От сердца с болью отрывал
смазливую Нивею.
Шкада… И раны след кровав.
Но Родина милее!
(26(28).04.2021)
PS:
Выбор эпиграфа между Вадимами Пушкина и Жуковского решился в пользу последнего. Основание? – А хотя бы оттого, что у Сергеича поэмка-то не закончена: Фрагментец… А у Андреича – цельная баллада.
И выбор строк был богатым. Чем, к примеру, хуже это?!

И к утру видит сон Вадим:
Одеян ризой белой,
Предстал чудесный муж пред ним –
Во взоре луч веселый,
Лик важный светел, стан высок,
На сединах блистанье,
В руке серебряный звонок,
На персях крест в сиянье…

А это и з «Беларускага партызана». Игорь Драко. «Тюбик Гигина или Жизнь без геля «Nivea»»:

Декан философского факультета Вадим Гигин сообщил, что выбросил пустые тюбики из-под косметики «Nivea» в знак протеста.
Фирма провинилась перед господином Гигиным тем, что отказалась быть спонсором чемпионата мира по хоккею, если чемпионат пройдет в Беларуси. И не только «Nivea» отказалась. В итоге турнир целиком перенесли в Латвию.
Оставим в стороне вопрос, зачем декан хранит пустые тюбики (у всех свои причуды), а также не станем утверждать, что полные тюбики он таки оставил. Спросим о другом: «Почему ябатька-патриот вообще покупал иностранную косметику? Почему не пользовался местными «Биэлитой» и «Витэксом»? Неужели так много рассуждающий о политике гражданин не предвидел подлость западной корпорации? Может, не на своем месте товарищ?» Что он не на своем месте в университете, это понятно, историк по образованию возглавляет философский факультет (словно нельзя было найти декана среди тамошних выпускников). Но мы говорим не о должности, а о стратегическом видении государственника.
И как поступили его друзья-коллеги по агитпропу Шпаковский, Петровский и Дзермант: тоже избавились от тюбиков Nivea (даже полных)? Или они и раньше не пользовались косметикой «Nivea»? Если не пользовались – значит, они в известном смысле профессиональнее Гигина (т.е. знали, что фирмой заправляют антибеларусские элементы). Если пользовались и не поддержали challenge соратника – тогда какие же они соратники? Словом, ситуация не такая простая, как кажется. Выходит, в агитпроп команды «ябатек» набирают черт знает кого: либо совсем не единомышленников, либо хитрецов, готовых подставить друг друга. Далеко уедет государственная машина с такими пропагандистами и, простите, экспертами? Не убедили ведь большинство граждан любить эту власть от их рождения и до смерти. Вот и приходится за них отдуваться Ермошиной и председателям избирательных комиссий, ОМОНу, судьям. И КГБ вынужден «заговор Федуты» раскрывать. А сработай Гигин и компания на упреждение – ни тебе протестов, ни тебе санкций со стороны Запада, ни тебе хоккейно-политических разборок, ни тебе 150 джипов с пулеметами и гранатометами, мчащихся к Минску из Литвы. Да и сам Гигин спокойно мажется  кремами, гелями и дезодорантами от «Nivea».
После слов про пустые тюбики, сложенные в пакетик и выброшенные на помойку, декан Гигин собирается на факультете появляться? Век интернета же, соцсетей и мессенджеров, новости разлетаются мгновенно: коллеги и студенты будут смотреть на него и перемигиваться между собой: мол, вон идет борец с тюбиками. А кто-то поязвительней поди еще принюхается да скажет: «Ой, Вадим Францевич, это не от вас так «Nivea» пахнет?»
Будь я другом или хотя бы более или менее близким знакомым господина Гигина, я б ему сказал так: «Вадим, ты же, бл…ь, декан философского факультета. Да и вообще не дебил, в отличие от многих пропагандистов. Ну, что ты такую несусветную херню публично порешь?!»
Не знаю, есть ли в его окружении кто-то, готовый ему это сказать.
А я про него (в привязке к прочей пропагандисткой ахинее) в фейсбуке скаламбурил так: «Даже лошадиные силы всех 150 джипов не затолкают «заговор Федуты» обратно в тюбик Гигина».
Эх, декан, декан…

* А в моём вместо «точил» хорошо и «дрочил» (многозначный глагол!). Хотя бы в честь автора «партизанского» опуса (Драко). Но, боюсь, что вместо «дух» кому-то станет мнится нечто иное…

Вадим Гигин – Азарёнку: сфальсифицируй историческую работу – скажут «выдающийся историк». А он никогда в архиве не был.
Вадим Гигин:
– Мы часть суперэтноса, используя гумилевские определения, куда входят русские, белорусы, украинцы. Он [Пушкин] понятный нам, он наш поэт. Здесь очень важный момент. Не знаю, как назвать – латушковщина или еще что-то – болезнь провинциальности, местячковость, о которой говорили. Взять, найти какую-то знаменитость зарубежную и сказать: вы знаете, у него белорусские корни, он наш, и он где-то здесь родился. И с таким трепетом, с такой яростью доказывать Мицкевич – это белорусский поэт. Кто-то его даже назвал белорусским гением. Это человек, который Мицкевича не читал. Потому что у него польскостью проникнуто все. Они первые строчки выучили, где Litwo! Ojczyzno moja! [Литва! Моя Отчизна – прим. ред.], а дальше, где там по 200 раз он о поляках, Польше, старопольше говорит, старопольских традициях. Ожешка – белоруска, Костюшко – белорус, Горецкий хоккеист – белорус. А знаете, почему? Они стесняются, па-беларускі кажучы, саромеюцца свайго. Вместо того чтобы весь этот жар души, весь этот трепет, энергию бросить на то, чтобы в мире знали Купалу, Франциска Скорину, Богдановича, Савицкого.
Григорий Азаренок:
– Не элитарные. Купала презирал шляхту, Колас презирал шляхту.
Вадим Гигин:
– Конечно, кто читал «Бандароўну», кто после этого может сказать, что шляхта – это чуть ли не совесть белорусского народа? «Едзе, едзе Пан Патоцки – сам ён і яго хеўра». И вот эта хеўра, кстати говоря, используя купаловские слова, фактически под лозунгом якобы борьбы за национальное, это национальное принижает, пытаясь стянуть с себя людей, которые, как тот же Костюшко, сознательно отказывались от белорусского языка. Он же с пренебрежения писал об этом как об угрозе польскому национальному делу. Вся эта кампания с вышиванкой. «Вот, смотри, я в вышиванке. Ты видишь? А ты нет? А у меня шкарпэткі з вышыванкай. О, бачыш ты!» И вот это желание выпятить это, превратить в некий лозунг.
-----------------------

Да ужжж... Это, уже я. О подобных филёзафах-ги(ги-ги)сторыках. Гаротная мая Беларусь!

«Ничего личного (или: лишнего)»

На диалоговой площадке Романов Гигина дрочил… *
Найгоднай спадчыны нашчадкi лiчылi нават кожны чых.
Суполкi пэўнага грамадства трымалi думкi хараство.
Ды нехта праўду заграбастаў.  Братэрства знiшчыў кумаўством.
(3.11.2022)
PS:
В. Гигин: необходимость и обоснованность ВНС не вызывает сомнений у граждан
Об этом на пресс-конференции «Об итогах общественного обсуждения проектов законов «Об изменении Избирательного кодекса Республики Беларусь» и «О Всебелорусском народном собрании», проходящей в Национальном пресс-центре, заявил председатель правления Республиканского государственно-общественного объединения «Белорусское общество «Знание» Вадим Гигин.
Эксперт назвал ряд характерных черт завершившегося на этой неделе широкого общественного обсуждения двух важнейших законопроектов:
– Это большое количество – как минимум много сотен – диалоговых площадок, прошедших во всех регионах страны, на базе многих предприятий, организаций и учебных заведений. Кроме того, эта кампания отличалась тем, что различные общественные организации нередко проводили совместные диалоговые площадки, демонстрируя единство и позволяя обсудить интересующие людей вопросы во многих плоскостях. Обратила на себя внимание и заметная активность и рост интереса к обсуждению этих законопроектов со стороны молодежи. Важно отметить, что необходимость и обоснованность ВНС не вызывает у граждан сомнений. Вопросы касались в основном процедур избрания и работы этого органа.
Вадим Гигин сообщил:
– Таким образом мы эту форму обсуждения – диалоговые площадки – постоянно совершенствуем, привносим в нее что-то новое. И я убеждён, что этот опыт нами будет востребован и впредь.

*  При внимательном рассмотрении оказывается, что слово «дрочить» в русском языке не несёт какого-либо скабрезного смысла. Наличествуют, например, такие: дразнить, баловать…Но если кому-то такой неожиданно явился, надо учесть, что в моей реплике отсутствует предлог «у» (между Романовым и Гигиным).
Или: у меня – Всё-таки Гигина (дрочили), а не Гигину. Впрочем, если кто-то считает, что «Гигин» это… у, собственно, Романова, тогда скабрёз-таки проклёвывается…
Первая строка звучит по-русски (у адрозненне ад астатнiх беларускiх) не случайно: из «уважения» к нашим коллаборантам, включая Гигина, Романова, Щёкина, Петровского и пр. передовых идеологов-комиссаров, сосущих (простите, не удержался!) Старшему Брату.

«Вирш современного коллаборанта. Допустим – Гигина»

Рифмую прогноз с гипнозом.
Рыдаю о дочке Дугина.
Козырный чеканя лозунг
За Вагнера и за Унгерна.
Останутся только крысы.
Не все – а особо стойкие.
В награду, огрызком – кресы
И ратуша в Белостоке.
(3.08.2023)
PS:
Просто в то, чтобы «не заржаветь». Без виршей. В погрязании в «Былом-небылом».
«Прогноз» с «гипнозом» подслушал, сидя на скамейке в «Парке победителей». Внизу. У какой-то забегаловки. Письня. Девчоночья. Про любов-нелюбов.

«Мастацтва i рэчаiснасьць»

Гiсторык правiў творы Караткевiча.
На тое меў пасаду i дыплом.
Калi сур’ёзна – анiякай велiчы.
Звычайны прайдзiсвет i дубалом.
Чытаў зашмат. Бадай, не меньш за Ёзэфа.
Адразу – пракуратар i суддзя.
Як кожнага прыўладнага «фiлёзафа»,
Яго прыперла Роспачы Ладдзя.
Гiсторык, адпаведна рэчаiснасьцi,
Пасек на часткi тыя Каласы.
Карысьцi дзеля, пасярод наўмыснасьцi,
Нiвеяй не памыўшы валасы. *
(13.11.2023)
PS:
* А мабыць, наадварот… Нiвею разам з валасамi (цi валасы без яе) – да рэчаiснасьцi, а пасечаныя каласы – да наўмыснасьцi.

Вадим Гигин в эфире госТВ признался, что выступал с инициативой исключения романа Владимира Короткевича из программы по белорусской литература за 11 класс.
Гендиректор Нацбиблиотеки считает, что в произведении исторические персонажи представлены не так, как в документах.
«Это была моя инициатива. Я отчитывался об этом на совете по исторической политике. Это любопытный, интересный роман нашего выдающегося классика Владимира Короткевича. Но школьная программа – это формирование определенной исторической памяти», – сказал Гигин.
По его словам, в романе много вымысла, а исторические персонажи показаны не так, какими предстают в документах, мол, это восприятие писателя, смешанное с выдумкой. Поэтому, отметил Гигин, один роман Короткевича заменили на другой (на «Чорны замак Альшанскі»).
Гендиректор Нацбиблиотеки полагает, что в «Чорным замке Альшанскім» нет исторических перекосов. Гигин заявил, что Короткевич идеализировал образ Кастуся Калиновского, якобы поэтому многие белорусы знают его как человека, вышедшего из художественных произведений, а не как исторического персонажа.
«Понимаете, литература, история, то, как мы преподаем в школе, – это определенная программа воспитания гражданина. И мы расставляем акценты на тех литературных произведениях, которые, да, выполняют эту задачу – воспитание гражданина нашей Республики Беларусь. Мы заменили один роман Короткевича на другое произведение выдающегося писателя», – изложил свое видение Гигин.

Хорошо быть Вадимом Гигиным. Лет через 50 о нём никто ничего не напишет, да и, скорее всего, даже не вспомнит. В качестве «исторического персонажа».
А Калиновскому, не повезло… А мабыть, и наоборот.
Як i «Нiвее», ад якой адрокся В. Г. пасля ўвядзення еўрасанкцый.
В любом случае, Гендиректору Вадику в одном, определённо, подфартило. Как бы там дальше не сложилось, его, вряд ли повесят…

«Русский мир»

Нет Украины, нет Беларуси.
Русское море (где света – ни зги).
Злое величие буйных коррозий.
Бывшей культуры срамные куски.
Запад, Восток... Евразийская раса.
Скальп Византии на пиках Кремля.
Белыми нитками шитое «братство»,
В землях коварных полян и древлян.
Нам – Калиновские, им – Муравьёвы.
Виселиц тени. Расстрельные рвы.
Тот же дурдом от Фомы и Ерёмы.
«Правда», с размахом, в судах мировых.
(28.01.2024)
PS:
Как-то – под «великоросскую блажь» в своё могущество и «правду».
Из тиражируемых имперской пропагандой вестей.
А своё (Калиновского с Муравьёвым-вешателем) помянул под мелькающие даты (21.01 (2.02) – день рождения К. К., столь третируемого сегодня сворой Лукаша и прихлебалами Путина – дермонтами, гигиными и пр.). Притом, что сегодня у меня – свой День Памяти (70 лет со дня рождения сестры Гали...).

«Ни академик, ни герой...»

История знает немало тиранов,
Охочих во власти творить беспредел.
Луке, по уму, далеко до Перона,
Но также народом заправски вертел.
И даже мудрее. Один. Без Эвиты.
Без лишней шумихи, треть века почти.
Надёжны холопы прикормленной свиты.
«Хозяин Тайги» с агрономом учтив.
Его не гнетут непрочтённые книги.
Ни Борхес, ни Быков, ни сонмы Дюма.
Их верно хранит расторопнейший Гигин,
Трамбуя в «алмазе» * великих тома.
Перону не снились такие «развалы».
Историков много, а Шурик – один.
Он книг не читает, но сделал немало
В цыганском раздолье своих аргентин.
(29.01.2024)
PS:
* Грандиозное здание Национальной библиотеки Беларуси, построенное в форме ромбокубооктаэдра (в просторечии зовётся «алмаз».
Гигин – Вадик, разлюбивший «Нивею». Нынешний директор НБН. Провластное чмо. Псевдоисторик, решающий, какие книги следует читать в наших школах («Каласы пад сярпом тваiм...» не трэба...).

«Тарасова доля...»

Лука опять на выборы ползёт,
Давно лишив их статуса и бренда.
Тутэйших кроликов удав-гипнотизёр
Соседу сдаст в бессрочную аренду.
И сдохнет сам, оставив серый след
В истории незлобного народа.
Слагать не гоже оды о гузле.
Но, слава Богу, у меня – не ода.
Крестом я мечу Гигина кочан.
Как пролежни задрипанным коровам,
Почёсываю бюст Богатырёвой
И басни сочиняю по ночам.
Балакаю, увлёкшись, сам с собой –
Про леших и забытых вурдалаков.
Листаю Тарасовых «Гайдамаков»,
Запойно воспевающих разбой.
Такого нам никак не пережить.
Не тот расклад – «па-людску» и «па-боску».
Не наш удел, хватаясь за ножи,
Ласкать Судьбу манерную до лоска.
(26.10.2024)

Так это (как-то о Гиене) – ему от меня – токмо в стих. Ежели чего не упустил.
А и из «прозы» фрагментик прикину. По-герменевтски.
-------------------------------

Ага! По Гераклу. Он там ещё и каких-то «гигантов» побивал. Не «исполинов» ли?! А последние… Так – тоже герои. И, явно, как-то под Аполлона (Света светов) уходящие.
Хотя…

Гигантомахия (др.-греч. ;;;;;;;;;;;;) – битва олимпийских богов с гигантами, произошедшая на Флегрейских полях.
Ход битвы подробно описан Аполлодором в его «Peri Theon». К событиям гигантомахии в своих произведениях обращались Гомер («Одиссея»), Гигин («Poetica Astronomica») и Павсаний.
Подстрекаемые своей матерью Геей, которая затаила обиду на Зевса за то, что тот заточил её сыновей-титанов в преисподнюю, гиганты – порождения Тартара – под предводительством Эвримедона стали забрасывать небо огромными скалами и горящими дубами с целью уничтожить богов Олимпа и стереть с лица Земли человечество, ненавистное их матери. Боги ответили на этот удар, но их усилия были тщетны: гиганты оставались живы.
Тогда Гера, жена Зевса, и мойры предрекли богам, что они одержат победу только при помощи смертного, потому что гигант не может умереть от руки бога. Поэтому Афина привлекла на сторону богов Геракла.

Гиганты (великаны) – слуги титанов (а то…), то есть – также как-то богов, но не третьего, как олимпийцы, а второго поколения. Мамкой же гигантов являлась сама Гея. А она – из древнейших (прабогов). Супруга Урана, как-то ею же (вероятно) порождённого (вероятно, во сне).
Короче

У Гесиода гиганты являются божествами, сыновьями Геи (Земли), которая была оплодотворена каплями крови, упавшими из отрезанных Кроносом половых органов Урана (Неба), а также семенем своего второго мужа – жестокого и ужасного божества Тартара.
По Гомеру, дикие, исполинские и родственные богам существа (порождены Геей); их царь Евримедонт был убит богами, со всем народом, за нечестие.

Вы что-нибудь поняли?! Я (если честно) – немногое. Хотя истолковать, конечно, мог бы…
Как у них (у «мифологов» уже), однако, всё запутано!
Но… Понял, что гигантомахия – не то, что титаномахия. И что упомянутый, наряду с Гомером, Гигин – не почтенный (а то – презренный) идеолух (а то – «лох», или «лук») Вадим Францевич, а Гай Юлий Гигин – древнеримский умник эпохи Октавиана Августа.
Получается, что исполины (они же – гиганты (и тоже – не в честь гигиных (обоих!))) – к Аполлону (олимпийцу) не очень…
Хотя, шут этих богов поймёшь. Поколения, иерархия… Мабыть, и среди них были перебежчики, изменщики, коллаборанты. Ну, или типа: «враги народа» и «инагенты».
--------------------------------------------------------

Расщедрился я, однако. Было бы кому...
Да простят меня, за такое отвлечение, и Толстой с Короткевичем, и даже сам Хаджи-Мурат.

2-4.07.2026