Домой!

 
Погасли черепицы Лиссабона.
С окошка занавеску отведу.
Нам стюардесса, строгая, как бонна,
разносит самолётную еду.

Пора и честь знать. По случайным хатам
шататься не пристало. На земле,
уж так сложилось, тянет нас к пенатам,
совсем, как к гнёздам тянет журавлей.

Дом без хозяев — много ли он значит,
пусть даже и в оправе хризантем?
Вот дождь идет, и, кажется, дом плачет.
А, может, и не кажется совсем…


Рецензии