Константиново

Липы белыми цветками пЫшатся,
И с берёз высоких льётся свет,
Почему всегда здесь грустью дышится,
Но печали в этой грусти нет?

Она тихая, с особой, нежной ласкою
Оседает около груди,
Всё тут выглядит простой, сермяжной сказкою,
Лишь недавно отлетевшей от сохи.

Будто избы мужиками рУблены,
А у каждого подворья хлев,
И луга стальной косою трУжены,
И вручную убирают хлеб...

Так и видится, как бабы, с Оханьем,
На телегу с сеном взгромоздясь,
Оводьёв с размахом дружно хлопая,
На кобылке едут восвоясь.

И здесь, слева от усадьбы Кашиной,
Где простором берег опьянён,
На тропинке, резедой украшенной,
Должен повстречаться он...

Не фигура даже угадается,
А  соломенных волос копна!
Как легко с ней ветер забавляется,
Будто именитость не видна.

А он и правда словно бы мальчишка,
С местных, Константиновских домов,
Хоть в столичных издаётся книжках,
Чужд ему шум пыльных городов.

В нём живёт тоска осенней рощи
По зелёным радостным ветрам,
Грусть по речке, что луну полощет,
Рябью натирая по ночам.

И по клёну, что стоит почтенен
Возле дома, листьями шурша...
В этом всём и есть Сергей Есенин,
В этом всём живёт его душа!