Ночная вёрстка

Когда затихает за окнами гул городской,
И город ложится в свою ледяную постель,
Я снова иду за невидимой, тонкой строкой,
Туда, где не кружит земная седая метель.

Я тоже ночами умею легко улетать
В иные миры, где не властны часы и года.
Там можно и облик, и стаю свою поменять,
И в небе чужом раствориться совсем, без следа.

Я новую книгу верстаю в полночной тиши,
Где каждая буква — как выдох и как честный шаг.
Там нет ни цензуры, ни криков, ни вечной спешки,
Лишь только покоя и света невидимый знак.

И всё, что написано там — это только моё,
Без права на правку и без посторонних судей.
Там сердце моё обретает былое жильё,
Далёко от шума и серых, привычных идей.

Ах, как же лукав этот странный ночной перевод,
Когда мы пытаемся правду дневную найти.
Но утро настанет, и каждый из нас вновь солжёт,
Пытаясь слова для души в словаре обрести.

Любой переводчик, пожалуй, немного соврёт,
Когда подберёт для полночной страницы слова.
Дневной оборот никогда до конца не поймёт,
Откуда берётся в душе эта вся синева.

Там смыслы другие, там звуки прозрачней и чище,
Там нет суеты, что съедает нас заживо днём.
И тот, кто ищет ответы, их точно отыщет,
Когда мы с гитарой вдвоём в эту полночь уйдём.

Я помню, как в тигле калилось всё это огнём,
Как в тайной реторте клубился сомнения дым.
Мы всё оставляем на завтра, на «как-нибудь потом»,
И кажемся миру спокойным, почти неживым.

Но там, в глубине, где кипела когда-то слюда,
Где чёрное с белым смешалось в единый поток,
Осталась надежда, что светит сквозь наши года,
Как самый последний, заветный и чистый глоток.

Всё это вросло в моё сердце, как старый причал,
Расслоилось на чувства, на боль и на тихую грусть.
Я долго об этом, наверное, просто молчал,
И знал все маршруты ночные свои наизусть.

Там нет расстояний, там нет ни границ, ни преград,
Там стая моя принимает меня одного.
И я возвращаюсь оттуда, как будто бы рад,
Что в этой вёрстке не нужно менять ничего.

Пусть утро ворвётся и снова закружат дела,
И солнечный свет ослепит этот призрачный путь.
Но книга полночная в сердце моём расцвела,
И с этой дороги теперь никуда не свернуть.

Я буду листать эти главы опять и опять,
Меняя обличья и страны в полночном краю.
Ведь только во сне мы способны по-настоящему летать,
Храня в тишине эту хрупкую веру свою.

Так спи, мой любимый и добрый, уставший народ,
Пока я верстаю страницы в полночном окне.
Пусть каждый из нас свой единственный смысл обретёт,
Хотя бы на миг, в этой звёздной и вечной стране.

А завтра мы снова наденем дневные чины,
И будем искать оправданья своим именам.
Но в книгах ночных мы по-прежнему будем вольны,
И это тепло никогда не достанется снам.

В другие миры и другие края...
Где каждая строчка — только моя...