Приземлимся за столом

Дождливым вечером, когда стихает гул турбин,
И город вымок, как промокший серый сплин,
Мы не по нотам, но зато по существу,
Срываем голос в телефонном естестве.
Скажи мне прямо, где теперь твои крыла?
Пока стихия за окном не снизила накал,
Мы эту влагу превращаем в разговор,
Ловя уклончивый, мерцающий узор.

Приземлимся за столом — и пусть дрожит эфир!
Когда пилотам делать нечего, мы правим этот пир.
Поговорим о том, о сём, накручивая нерв,
И нашу песенку любимую споём нараспев!
Здесь каждый выдох — дерзкий, даже если штиль,
Пересекая нашу внутреннюю быль.
Пусть за бортом шумит воды девятый вал,
Я этот вечер для посадки выбирал.

Здесь атмосфера нарастает, как гроза,
И откровенность пробивает тормоза.
Ни капли фальши, только влажный блеск в глазах,
Мы держим слово на двойных словесных тросах.
Не растяну момент, он дорог и ломок,
Но сколько стоит этот искренний комок?
Где каждый тост — не просто так, а в унисон,
Ломая скуки навязанный нам шаблон.

Приземлимся за столом — и пусть дрожит эфир!
Когда пилотам делать нечего, мы правим этот пир.
Поговорим о том, о сём, накручивая нерв,
И нашу песенку любимую споём нараспев!
Здесь каждый выдох — дерзкий, даже если штиль,
Пересекая нашу внутреннюю быль.
Пусть за бортом шумит воды девятый вал,
Я этот вечер для посадки выбирал.

Дождливым вечером, вечером, вечером...
Споём... как не пели раньше, по течению,
Когда делам дана команда «отвести»,
И остается лишь сквозь капли пронести
Тот самый ритм, что нас не сможет подвести.