Кадр 2. Дождь

 Кипарис под каплями.
Дождь начинается неожиданно — не ливнем, а сначала редкими каплями, которые падают на листья кипариса и скатываются вниз, как чьи-то несмелые слёзы. Мира и Костя стоят под кроной, прижавшись к стволу, будто дерево — это большой зонт, который держит небо вместо них.

Мира (дрожащим голосом, но не от холода, а от того, как близко сейчас всё стало):
— Я раньше думала, что любовь — это когда всё понятно. Когда не надо объяснять, почему ты молчишь, почему вдруг злишься, почему тебе хочется просто сидеть и смотреть на небо.

Костя (кладёт ладонь на кору, будто проверяет: «Мы держимся?»):
— А теперь?

Мира (вздыхает, и этот вздох — как признание):
— Теперь я думаю, что любовь — это когда ты можешь сказать: «Я сейчас ничего не понимаю», и тебя не бросят.

Костя кивает. Не потому что знает ответы, а потому что слышит её. И в этом кивании столько тепла, что даже дождь кажется не холодным, а просто водой, которая смывает лишнее.

Костя:
— Я не умею обещать, что всё будет легко. Но я могу обещать, что если ты скажешь «я запуталась», я не уйду. Я буду тут. Даже если мы просто будем стоять под деревом и молчать.

Мира (улыбается сквозь капли на ресницах):
— Тогда давай просто постоим. Пусть дерево будет нашим свидетелем.