Творецъ

Когда бы Бог воистину царил
Среди светил, на троне небосвода,
Ужели б Он спокойно допустил
Страдания безвинного народа?
Ужели б Он, Всевидящий, терпел,
Как брат на брата восстаёт войною,
Как гибнет правда, торжествует грех,
А сирота умыт кровавой мглою?

Зачем Ему моленья и псалмы,
Когда в ответ — лишь тишина, ни зова?
Зачем Ему кадильный дым средь тьмы,
Коль на земле так горько и сурово?
Для палачей, для подлости, для лжи,
А чистый сердцем распят на Голгофе.
Иль Он ослеп? Иль Он не дорожит
Ни мукой нашей, ни единой строфой?

Нет, или Он не благ, или не волен,
Иль попросту нас не слыхал вовеки.
А может, мир сей не для нас устроен,
А мы — лишь тени на чужой планете,
И зло, что есть, — не Божий гнев, не наказанье,
А лишь каприз глухих стихий,
Не знающих ни слёз, ни состраданья.

Когда бы Бог воистину царил,
Не лил бы кровь детей и не губил
Ни старцев, ни безгрешные стада…
Но если боль — Его к нам речь, тогда
Страшней судьбы и участи не знаю,
Чем быть рабой подобного Творца!
И всё же я уста свои смыкаю
И жду ответа — жду, но без конца...