В плену Присутствия

Мне без Тебя и в тихой келье — тьма,
И в каждом вдохе — знак Любви и плена.
Остаться у порога — не тюрьма:
Отныне путь назад — моя измена.

Я сжал ладонь: мне выпал этот миг,
И прежний мир остался за спиною.
Я тайный смысл Твоих путей постиг —
И больше не владею сам собою.

Твой взгляд пролил мою живую кровь,
И боль была без меры, без названья.
Не понял я, где рана, где Любовь,
Но власть признал безмолвного касанья.

Аркан стянул — и я не стал бежать:
Я принял плен как тайное избранье.
Мне тем, кем был, отныне не бывать:
Во мне угасло прежнее желанье.

Я бился — но во мне смирялся гнев,
И сердце приучалось к послушанью.
Я слышал тишину как Твой напев
И больше не противился страданью.

Сомненье вышло молча за порог,
И разум смолк, не вымолвив ответа.
Во мне иссяк последний монолог:
Со мной лишь Ты — и дом исполнен света.

Я вынесу и шёпот, и позор,
И суд толпы, и тяжесть приговора.
Хранить Любовь — мой вечный договор:
И верность — не заслуга, а опора.

Во мне остаток жизни — редкий стук;
С Тобой мой век — всего одно дыханье.
Моё «я есть» растаяло, как звук —
Твоё «Ты есть» — моё существованье.

Где кончился мой мир — не различить:
Твой свет вошёл — и память замолчала.
Единым ритмом сердце стало жить —
Последняя черта меж нами пала.

Я суть постиг — и вижу тайный Лик,
И внешней форме больше не покорен.
Творца не сменит каменный двойник —
Мне ныне лишь Живой Исток бесспорен.

Я пьян Любовью — не ищу я вин;
Земной напиток дарит лишь забвенье.
Твой луч рассеял мрак моих глубин —
А трезвый хмель рождает озаренье.

Несколько слов от автора

Для меня запись этих строк — не редкая вспышка вдохновения и не попытка сбежать от тяжёлых мгновений. Поэзия давно стала моим ежедневным дыханием, естественным способом всматриваться в невидимое сквозь пелену привычных будней. Каждый день я беру в руки перо, чтобы зафиксировать неуловимые движения души, переводя безмолвие внутреннего мира на понятный человеческий язык.

Центральный образ этого текста — «плен Присутствия» — может показаться пугающим, но в нём нет сухого словарного принуждения. Земная Возлюбленная, о которой здесь говорится, — это вовсе не объект слепого поклонения или обожествления. Она является чистым зеркалом, проводником, сквозь который пронзительно проступает высшая Красота и Незримая Истина. Через её образ сердце учится распознавать Живой Исток за пределами любых внешних форм, освобождаясь от власти эго, нашего беспокойного нафса.

То, что происходит с героем в финале, ошибочно называть гибелью, слабостью или поражением. Это не бегство от реальности, а радикальное внутреннее преображение, когда личная воля добровольно уступает место Воле Высшей. В этой осознанной капитуляции эго перед Бесконечностью рождается не пустота, а подлинная, несокрушимая стойкость. Прежний мир не исчезает, но он навсегда теряет власть над тем, кто обрёл свой главный и вечный договор.

«Когда твоё «я» окончательно затихает, весь мир превращается в Его сияющее отражение».

Поэтическое чтение стихотворения на VK https://vkvideo.ru/video-229181319_456239408

Суфийское эссе к стихотворению: «Плен Присутствия» — на Проза.ру https://proza.ru/2026/07/03/835