КПП

На КПП одного предприятия сидели два охранника и рассуждали о своём. Первый после сигареты разразился длинным монологом.

- Представь, Вов, прихожу я домой и привожу с собой итальянку! Включаю свет. Она такая обалденная, в платье, сзади вырез до прорези. Я ставлю варить макароны, они же макароны едят, достаю бутылку портвейна, два стакана, чёрный перец и две помидорины, и свечу хозяйственную тоже, нет,  две. И, ей: Беатриче, прошу к столу! А она, сядет, на меня глянет, грудь свою четвёртого размера на стол положит.

– Петрович!

Петрович заплакал.

– Прости, Вов, у меня так давно не было бабы. Моя Людка была совсем плоская, как доска.

- Не оправдывайся, у всех в жизни бывают проблемы. Вот помню и сам. Приезжает она ко мне. Кудрявая, красивая. Мы с ней полчаса кино по ноутбуку смотрели. Потом в окно на закат. Потом... потом было у нас, конечно. Потом...

- Вов, ты что? Плачешь что ли?

- Петрович, мужики не плачут!

- А что было потом?

- Потом она лопнула... просто лопнула! Надувная она была, понимаешь?! Пять косарей коту под хвост...

- Да, как говорится, в каждом дому по кому.

Пока они разговаривали за ними наблюдал директор, но ничего не сказал. У него и самого давно не было женщины, ни живой, ни надувной. Последним женским элементом в его жизни стала картина "Рождение Венеры" Боттичелли над рабочим столом.

- Олег Александрович, здравствуйте! - сказал Петрович.

- Здравствуйте! О работе надо думать, товарищи, о работе!

- А правда говорят, Олег Саныч, что Вы в Таиланде были?

- Правда... Между нами, решил рискнуть. Заплатил одной, сунул ей руку под юбку...

- И... обрадовались охранники...

- Там были яйца... сказал огорчённый начальник. Такие деньги коту под хвост. А я ведь кандидат наук.

- Не грусти начальник.

- А ты, Петрович, не язви. Расскажи лучше, как за речкой воевал...

У Петровича было четыре медали, которые он надевал только на 23 февраля. Уже 9 лет он жил один, а Беатриче снилась ему вечерами. Многие были у него дома, где среди моделей-вертолётов висел вымпел со знаками. На книжной полке лежали медали, на подоконнике стояла фотография с бывшей женой. Людмилу сбила машина ещё 9 лет назад.

Не лучше обстояли дела и у Владимира. Одна стена была увешана полками со спортивными медалями и кубками, а на другой висел старый календарь с голой женщиной, подаренный Петровичем на 23 февраля 5 лет назад. Однажды коллектив скинулся на корпоратив, а Олегу Санычу заказали стриптизершу. Это был самый горький из праздников, в необычной работнице начальник предприятия узнал свою дочь Викторию, которая осталась с матерью после развода. С досады он уронил со стола фотографию Вики, где ей было ещё 12 лет и выругался так, что Петрович присвистнул. Стриптиза не было, как не было и надежды на светлое будущее. За уезжающей машиной Вики уезжала за горизонт вера в лучшее. Всё казалось гадким и мерзким, пока грянул гром, а за ним — дождь. Безразличная вода смывала всеобщее негодование в решётку на асфальте, а ветер потихоньку выдувал аромат женских духов из распахнутого кабинета. Было гадко, но со временем почти забылось.

Коллектив работал, КПП проверяло паспорта, Владимиру снилась дочь начальника Вика, а Петровичу — Беатриче.

Они не были извращенцами, самые обычные люди, у которых не сложилась личная жизнь.