Сон в ноябре

В кругу долин и гор, за тридевять земель увижу ль я тот край,
где морось вместо штор  и прячется капель среди нагих ветвей,      
струится блеклый шёлк из низких облаков, расшитый без прикрас,
как призрачный узор уносится легко  –  в цветы, в молочный свет.

Под пологом из грёз, среди свечей, лампад - царевна возлежит
в нирване тубероз, фантазий аромат там сумрак обовьёт,
лиловой сливой став: стремится небыль вдаль стереть миров межи,
чтоб воплотиться в сад, окутанный в поталь, вьюн тенью к трону льнёт.

Царица будто спит, но вот ударил гонг, взбивают бонзы звук,
румянят цвет ланит… Металлом грянул гром и канул в небеса,
глазурью налились цветы, трава и дождь; объятья белых рук
сложились  в две петли, слились как дух и плоть, как стебель и роса.

И сладостный дурман что вздох заполнил всё; там, в одеяньях в пол –
она среди лиан свой гимн без слов поёт. Дрожит вокруг земля 
и никнут дерева в объятиях любви! Свершился транс, обрёл
иные берега: шёлк, бронза, свет листвы – трёхлистник в зеркалах.

Ноябрьский сон(Эдмунд Госс 1849-1928),

подстрочник Тимофеева Бориса:

В далёких далях он, не знаю я в каких ,не знаю я где есть
Тот серый небосклон , среди ветвей нагих , в цветах нагих ветвей :
Лиловый шёлк легко ,натянут длинный так , от ветки к ветке здесь ,
В цветах что молоко, в бутонах пыжик как , поток расшитый сей

Под тентом сим сидит , императрица ; мил ёё раскосый взгляд
Чад струйками творит, порхая из кадил , потоп лиловый . Нем ,
Из персиков и слив , в глазури словно весь , вдруг распустился сад ,
Её трон обхватив - бутонов в нём не счесть , и пышных хризантем

Она сидит и спит , пока бонз двое в гонг , такой могучий бьют
И музыка блестит , как дождь , как если б он , был из металла весь.
Рожденья так странны тех распусканий .Как сказать какие тут
Из почвы взращены , скользнули со станка , и канули с небес .

Под крыльями же той , лиловой дымки , в тон , в халате синем в пол ,
Императрица свой , поёт без слов гимн , он , шатёр её трясёт.
Расплёлся транс , увы , распался и прошёл, но форму вновь обрёл
Тьма бронзы, свет листвы , и нитей чистый шёлк , в тройном цветке живёт.


Edmund William Gosse


A Dream of November

Far, far away, I know not where, I know not how,
The skies are grey, the boughs are bare, bare boughs in flower:
Long lilac silk is softly drawn from bough to bough,
With flowers of milk and buds of fawn, a broidered shower.

Beneath that tent an Empress sits, with slanted eyes,
And wafts of scent from censers flit, a lilac flood;
Around her throne bloom peach and plum in lacquered dyes,
And many a blown chrysanthemum, and many a bud.

She sits and dreams, while bonzes twain strike some rich bell,
Whose music seems a metal rain of radiant dye;
In this strange birth of various blooms, I cannot tell
Which spring from earth, which slipped from looms, which sank from sky.

Beneath her wings of lilac dim, in robes of blue,
The Empress sings a wordless hymn that thrills her bower;
My trance unweaves, and winds, and shreds, and forms anew
Dark bronze, bright leaves, pure silken threads, in triple flower.