Мистические призраки Риги

По одной из легенд, название Саркандаугава (Красная Двина)
связано с ведьмами, которых здесь казнили в Средневековье
и топили в притоке реки Саркандаугавы.
Вода окрашивалась в красный цвет...

   ***

Потемнели лазурные воды,
Приняв стон уходящих веков.
Здесь вершили суды фогты Риги
Под проклятия чёрных грехов.

Ярый факел горел над водою,
Инквизитор зачитывал сказ.
И ложилась лоза над спиною,
Пробивал предначертанный час.

Тех, чьи очи горели как угли,
Кто шептал по ночам темноте,
На судилище водном топили,
Обрывая всю жизнь на черте.

И окрасилась Даугава кровью,
Плыл по заводи красный туман.
Стало ведьмино горькое вздорье
Частью незаживающих ран.

С той поры пролетают столетья,
Только ночью, упрятав луну,
Слышны свисты безжалостной плети
И мольбы, что идут в глубину...

   ***

Черный Кот на крыше дома на улице Мейстару,
дух замурованной в Конвента сета горничной
и блуждающий призрак возле Пороховой башни...


Над Ригой вечер расправляет крылья,
Смывая грани между «до» и «после».
Здесь сказки оживают на шпилях,
И тени скользят на погосте...

На улице Мейстару, в жёлтом свете,
Где ветер крутит флюгера былого,
Изогнут силуэт на крыше встречной —
Там чёрный кот застыл у края дома.

Он зорко смотрит в сумерки столетий,
Храня обиду гордого купца,
И в темноте глаза его, как свечи,
Прохожих согревают без конца.

А в тишине Конвента Сета глухо
Стучит за кирпичами чьё-то сердце.
Там бродит тень замурованного духа —
Несчастной горничной закрыта дверца.

Она поёт о любящем монахе,
О вечной клятве, прерванной судьбой,
И белый саван, сотканный во страхе,
Скользит во мгле над древней мостовой...

У Пороховой башни, в дымке серой,
Блуждает призрак, потерявший имя.
Он ищет дом, утерянный с доверьем,
Меж стенами тенистыми, седыми.

Рыцарь ли то, забытый в вечной битве,
Иль страж, не разгадавший знак беды?
Он растворится к утренней молитве,
Оставив лишь туманные следы...

Стихает шаг. На город пала полночь.
Качаются на стенах фонари.
И если ты легенды Риги помнишь —
Они придут к тебе из предрассветной мглы...

   ***

Приехал турист посмотреть на столицу,
В руке путеводитель, и экшн-камеры экран.
Он жаждет в старинную сказку влюбиться,
Увидеть Домский собор и старинный орган.

И вот на Мейстару, у самого края,
Где шпиль упирается прямо в зенит,
Турист замирает, латте допивая:
На крыше огромный котяра сидит!

Не просто сидит, как чугунный до веку, —
Он лапой туристу по-братски машет,
Улыбку включает во все тридцать два
И сверху, на крыше, чечётку пляшет!

Подмигнул хулигански зелёным глазом,
Хвостом начертил в небесах пируэт,
И лапой набрал на трубе водосточной
Любимой той песни весёлый куплет.

Турист обалдел, уронил путеводитель,
Но вместо испуга — весёлый экстаз!
«Ну, Рига! Ну, котик! Вот это обитель!» —
И селфи на память нажал в тот же час.

А кот подмигнул на прощанье лукаво,
Мол, «Чёрный кот» здесь — это к счастью, поверь!
И гордо ушёл за трубу, направо,
В мистический мир открывая нам дверь...