Внутренний костёр

Мир замерзает в глянцевых витринах,
Где внешность возведена в закон,
Где вылеплен из воска и рубина
Холодный, безупречный пантеон.

Мы судим по обложкам, по фасадам,
По геометрии надменного лица,
Но провожаем равнодушным взглядом
Того, в ком нет парадного крыльца.

Но это лишь обман, игра рефлексов,
Театр теней, безумный карнавал,
Где в лабиринтах ложных подтекстов
Никто еще полжизни не спасал.

Ведь время безжалостно и строго,
Оно сотрёт румянец, смоет грим,
И у подножья вечного порога
Мы станем просто пеплом золотым.

Померкнет взгляд, что некогда искрился,
Опустится усталое плечо...
Но тот родник, что изнутри струился,
Все так же льётся чисто, горячо.

Ему не страшны зимние метели,
Над ним не властны ветры и года.
То тепло, что мы сберечь сумели,
Смывает шрамы раз и навсегда.

Любят не за ровную осанку,
Не за фарфор безумной белизны —
Любовь всегда изнанку, наизнанку
Выворачивает в поисках весны.

Она идёт на ощупь, словно слепая,
Сквозь золото волос и шёлк одежд,
Ищет искру, что горит, не догорая,
Среди руин растраченных надежд.

Ей нужен этот тихий, тёплый омут,
Где можно отогреть ладони сплошь,
Где все печали городские утонут,
И где бессильна глянцевая ложь.

Ты можешь быть прекрасен, как из мрамора изваян,
Как редкая статуя в заброшенном саду,
Но если ты внутри — холодный, злой хозяин,
Оставивший свою же душу на льду,

То путник не задержится у трона,
Он не согреет рук у твоего огня.
Краса без сердца — мёртвая корона,
Всего лишь призрак гаснущего дня.

А у другого — шрамы на запястьях,
И лик обычен, и небросок шаг,
Но в нём живёт такое солнце счастья,
Что отступает самый чёрный мрак.

Мы влюбляемся в уютные причалы,
В безусловность ласковых речей,
В то, как сердце тихо принимало
Груз чужих, запутанных ночей.

Мы любим за тепло, что греет душу,
За чай вдвоём, за тихий полумрак,
За то, как нас умеют молча слушать,
Когда вокруг беснуется бардак.

За ту незримую, божественную нить,
Что связывает дУши, не телА,
За право верить, плакать и любить,
За то, чтоб эта ночь не обожгла.

Встречают по одёжке — это верно,
Но провожают по объему тьмы
Или по свету, что несёт безмерно
Душа, бегущая из вечной мерзлоты.

Ведь любят за прощённые ошибки,
За доброту, за искренность в глазах,
За искорку доверчивой улыбки,
За то, что исчезает липкий страх.

За то, что в человеке есть обитель,
Куда придёшь израненный, босой,
А там сидит твой ангел и хранитель
И раны омывает теплой росой.

И пусть весь мир кричит о силуэтах,
О трендах, идеалах, чертах лиц.
В старинных книгах и святых заветах
Нет этих разукрашенных страниц.

Там сказано: ищите то, что вечно,
Что не сгниёт, не превратится в прах.
Любовь — она бездонна, бесконечна,
Она горит в невидимых кострах.

И этот пламень — внутреннее солнце,
Секрет, что в глубине груди храним.
Пока оно стучит, пока смеется —
Мы любим. И весь мир для нас любим.

Поэтому, когда затихнут скрипки,
И бал закроет двери на засов,
Останется не след твоей улыбки,
А тишина твоих сердечных слов.

Останется тепло ладони верной,
Что грела в самый безнадежный час.
Любовь — она чиста и беспримерна,
Она живёт внутри, спасая нас.