Июль...

Плавится город, асфальт как вода.
Мы в этом пекле застряли надолго.
Воздух густой, и гудят провода,
Тени по стенам сжимаются робко.
Вымерзла нежность — только жара,
Соль на губах, это время без правил.
Мы не искали в июле добра,
Город в огне все иллюзии плавил.

Это июль — раскалённый металл,
Солнце бьёт в спину ударами тока.
Кто-то сломался, а кто-то устал,
Дышит асфальт тяжело и глубоко.
Здесь только мы, только бешеный пульс,
Грозы, что небо расколют на части.
Я эту жизнь заучил наизусть:
В ней нет подделок и выкинут пластик.

Ночью не легче — мигает неон,
Режет глаза сквозь открытые стёкла.
Воздух тяжёлый, как вязкий гудрон,
Ложная лирика пересохла.
Здесь не до нежности, бьют по низам
Басы из машин до самого неба.
Я доверяю твоим лишь глазам —
Вот оно, честное, дикое лето.

Это июль — раскалённый металл,
Солнце бьёт в спину ударами тока.
Кто-то сломался, а кто-то устал,
Дышит асфальт тяжело и глубоко.
Здесь только мы, только бешеный пульс,
Грозы, что небо расколют на части.
Я эту жизнь заучил наизусть:
В ней нет подделок и выкинут пластик.

Грянет гроза — как спасительный залп,
Смоет всю фальшь ледяными струями.
То, что никто до конца не сказал,
Молнией вспыхнет сегодня меж нами.
Дышим не скошенной сладкой травой,
А мёртвым озоном и мокрой смолой.

Это наш июль. Асфальт и металл.
Солнце бьёт в спину, сжигая мосты.
Кто-то сдался, а кто-то устал,
Но в этом июле есть только мы.
Только мы и горячечный пульс,
Грозы, что небо расколют на части.
Я эту жизнь заучил наизусть:
В ней нет подделок и выкинут пластик.
Да, в ней нет подделок.
И кончился пластик.