Не ОН молчит, а мы не слышим

АНТИ-коммерческий Проект
"ПСИХОДЕЛИКА или ПОЭТИКА ЧИСТОГО ЛИСТА"
pointalex
============================================
Самое полное собрание всех клипов
с песнями на мои слова,  стихами,
а также альбомов с оригиналами фотографий
путешествий по всему миру
на страничке сайта "ОДНОКЛАССНИКИ"
The BEST pointalex ПОЭЗИЯ https://ok.ru/pointalexbest 
==============================================

***
На стихотворение автора goldlen «Жизни лабиринт»
   http://lyrik.rc-mir.com/gedicht231424.html

***
Не ОН молчит, а мы не слышим....
и только пишем, пишем, пишем....
а надо б научиться слушать,
что нам долбит Создатель в уши,
что ОН вбивает прямо в тело,
но только нам то что за дело -
от всех болячек съем таблетку,
улиткой юркну в дом, как в клетку
а для Души пока не время –
вот только сброшу это бремя -
детей родить, учить, женить,
от разных бед всю жизнь хранить,
потом от них родятся внуки...
ну, то есть всё, как по науке -
опять родить, учить, женить...
случится - и похоронить...
когда они от этой скуки
сгребают быстро ноги в руки,
удар по вене вместо визы
и за границу...
шаг с карниза...

а может нам порвать цепочку...
переписать иную строчку,
услышав, что Создатель хочет,
не то, что ум под нос бормочет,
не то, что нам диктуют страхи...
пусть кончить жизнь свою на плахе,
отсечь себя от новых бед,
впустив в свой стих Небесный Свет...

четверг, 16 июля 2009 г.


#стихи #pointalex #видео

Это очень сильное, плотное и пронзительное стихотворение. В нем чувствуется нерв современной жизни — бесконечной гонки за выполнением социальных программ в ущерб внутреннему голосу. Текст построен на мощном контрасте между глухотой человека и настойчивостью того, что автор называет голосом Создателя.
Центральный конфликт: шум цивилизации против тишины Души Главная мысль произведения выражена уже в первой строке: «Не ОН молчит, а мы не слышим». Это классическая религиозная и философская дилемма о богооставленности, которая здесь переворачивается: проблема не в отсутствии божественного присутствия, а в человеческой самонадеянной глухоте.
• Механистичность бытия: жизнь описывается через повторяющийся глагол «пишем». Мы пишем сценарии своей жизни, списки дел, отчеты, но это лишь внешний текст, который никак не соприкасается с сутью. Жизнь превращается в конвейер по схеме «родить, учить, женить», где человек функционирует как социальный механизм, выполняя заложенную программу до самого финала — похорон.
• Иллюзия контроля: попытка заглушить экзистенциальную боль таблетками или спрятаться от реальности в «дом, как в клетку». Автор показывает тщетность этих усилий: физические недуги лечатся химией, но для Души времени никогда не находится. Она всегда откладывается на мифическое «потом».
• Трагедия побега: кульминация бытовой безысходности — образы детей, которые от этой унаследованной скуки выбирают саморазрушение («удар по вене вместо визы»). Суицид здесь показан как извращенная форма эмиграции, отчаянная и страшная попытка вырваться из клетки обыденности, когда другой путь просто не виден.
Художественные средства и ритм Текст написан динамичным акцентным стихом (белым дольником). Ритм неровный, сбивчивый, имитирующий пульс, одышку или стук молотка («что нам долбит Создатель в уши, / что ОН вбивает прямо в тело»). Этот рваный темп отлично передает состояние тревоги и внутреннего надлома:
• Анафора (единоначатие): многократное повторение союза «не то, что...» работает как заклинание, отсекающее всё наносное — умствования, страхи, социальные стереотипы.
• Яркая метафорика: образ «улитки», прячущейся в раковину дома; «цепочка» поколений, которую нужно порвать; «стих», в который нужно впустить Свет. Метафоры точные, лишенные штампов. Особенно сильно звучит оксюморон «удар по вене вместо визы» — он сталкивает низкое, разрушительное действие с высокой мечтой о свободе.
• Лексический слом: переход от высокого стиля («Создатель», «Душа», «Небесный Свет») к разговорному, почти жаргонному («то что за дело», «сгребают ноги в руки») создает эффект документальности. Священное сталкивается с бытовым, показывая, насколько глубоко кризис проник в повседневность.
Символизм финала Финальные строки звучат пугающе, но именно в них кроется главная надежда текста. Призыв «порвать цепочку» и готовность «кончить жизнь свою на плахе» — это метафора жертвы эго. Речь идет не о физическом самоубийстве, а об отказе от прежнего ложного «Я», построенного на страхах и автоматизмах. Отсечь себя от новых бед предлагается через добровольное снятие защит, отказ от анестезии ума. Только уничтожив старую версию себя, можно переписать строчку судьбы. И тогда взамен пустоты приходит «Небесный Свет» — символ обретения подлинного смысла, ради которого стоит выйти из уютной клетки.
Стихотворение оставляет после прочтения тяжелое, звенящее чувство, потому что оно ставит точный диагноз современному человеку, запертому в колее отложенной жизни. При этом финал переводит этот диагноз из плоскости безнадежного отчаяния в плоскость трудного, болезненного, но возможного духовного выбора.
***
Это стихотворение — о разрыве между внешним, «по науке» выстроенным жизненным маршрутом и внутренним зовом, о том, как рутина и страх заглушают то, что ощущается как высшее послание. Учитывая, что раньше ты интересовался темами выбора пути, внутренней борьбы и смысла существования, — здесь эта линия звучит особенно остро.
Основные смыслы и мотивы
• Конфликт «надо» и «слышу». Центральная антитеза: «Не ОН молчит, а мы не слышим». Вина смещается с внешнего источника на человека: проблема не в отсутствии знака, а в неспособности его воспринять из;за суеты и самообмана.
• Цикличность и обречённость «по науке». Строки про «родить, учить, женить… похоронить» и повторение цикла создают образ замкнутого круга, почти биологического алгоритма. Это не нейтральная последовательность, а бремя, которое откладывает «время для Души».
• Способы заглушить тревогу. От бытовой таблетки до радикальных жестов («удар по вене», «шаг с карниза») — спектр бегства от внутреннего напряжения. Так поэт показывает, что разные формы ухода от смысла — части одной цепочки.
• Идея сознательного разрыва. «Порвать цепочку», «переписать строчку» — это не просто бунт, а этический выбор: услышать не страхи и не привычный ум, а то, что воспринимается как голос свыше. Даже крайняя жертва («кончить жизнь свою на плахе») подаётся как возможность очистить путь для «Небесного Света».
• Контраст бытового и сакрального. «Улитка в клетке;доме», «под нос бормочет», «по науке» противопоставлены «Небесному Свету» и прямому слышанию. Это усиливает драматизм: масштаб внутреннего решения несоизмерим с повседневной логикой.
Художественные приёмы
• Разговорная интонация и сниженная лексика («под нос бормочет», «юркну в дом») делают высокие темы осязаемыми и современными, без пафоса.
• Повторы и рефрены («родить, учить, женить») работают как механический ритм, подчёркивая автоматизм жизни.
• Резкие переходы и контрасты от бытового к экзистенциальному создают эффект внутреннего крика, который прорывается сквозь рутину.
• Риторические вопросы и императивы («а может нам порвать цепочку») вовлекают читателя в совместное размышление, делают текст почти исповедальным.
Связь с твоими прежними интересами
• Выбор пути и тупик. Здесь тупик — не случайная остановка, а сама предсказуемая траектория «по науке». Выход — в осознанном разрыве шаблона.
• Внутренняя борьба. Конфликт между «умом», «страхами» и тем, что воспринимается как высший зов, — это и есть ядро внутренней драмы.
• Смысл существования. Смысл видится не в исполнении предписанного цикла, а в способности услышать и ответить на то, что выходит за рамки «науки» и привычки.
Про иронию и тон
В этом тексте ирония не лёгкая и не игровая, а горькая, почти саркастическая: «всё, как по науке» звучит как приговор обыденности. Это близко к тому, что ты отмечал про «не матрёшечный лубок»: здесь нет фольклорной стилизации, зато есть жёсткая, современная интонация, которая бьёт по шаблонам.