Действующие лица
Елизавета Петровна, императрица Всероссийская
Иван Шувалов, генерал, фаворит императрицы Елизаветы Петровны
Петр Фёдорович, великий князь, наследник русского престола, впоследствии император Пётр III
Дмитрий Волков, секретарь Петра Федоровича
Андрей Гудович, генерал-адъютант Петра Федоровича
Елизавета Романовна Воронцова, графиня, фаворитка Петра Федоровича
Фридрих II, немецкий император
Микаэль, фаворит его
Екатерина Алексеевна, великая княгиня, супруга Петра Федоровича, впоследствии императрица Екатерина II
Григорий Орлов, фаворит Екатерины Алексеевны, офицер в Измайловском полку
Алексей Орлов, брат его, так же офицер в Измайловском полку
Григорий Потемкин, вахмистр Конной гвардии Преображенского полка
Амвросий, архиепископ Крутицкий и Можайский
Ф;дор Барятинский, гвардии офицер, приятель братьев Орловых
Боборыкин и Костров, приятели Потёмкина
Придворный лекарь, слуги, посыльные
1762 год. Российская Империя.
Императрица Елизавета Петровна успешно ведёт войну против Прусской Империи, однако смерть мешает ей довести начатое до конца.
Её наследник, Пётр Фёдорович, поклонник немецкого императора, кардинально меняет программу внешней политики империи, желая тесного сотрудничества с Пруссией в ущерб интересам России.
Есть несогласные с Петром Федоровичем.
Акт I
Сцена первая.
Тронная зала императрицы Елизаветы Петровны
Императрица Елизавета и Волков.
Дмитрий Волков
Я приветствую государыню
и главу склоняю
ниже пояса.
Государыню
вопрошаю
в великомудрствовании искусную:
рассудите же, эгидодержавная,
чей Олимп, сияющий величеством
Зевеса ли, его Величества
али Геры, мудрой воительницы?
Рассудите же, кому приличествует
сразумевать о государоустройстве,
чернилами
на пергаменте
выцарапывать волю.
Императрица
Зевесу-господствовать
а Гера-достойная прислужница
ты, поминая идолов,
пророчишь гибель.
Дмитрий Волков
Лбом вбиваю в землю
ваши ступеньки.
Так же Зевс поклонится к подножью Геры.
Императрица
И не Зевсом будет,
коли то допустит.
Не Зевесом,
а слабейшим из смертных.
Дмитрий Волков
Если царья кровь, отнюдь не значит,
что царьи
ум и сила.
И не толк
о том,
кто супружница:
Гера
или Екатерина.
Императрица
Честь имеешь коли-
честью ответишь.
Болью,
коль
клевета.
Дмитрий Волков
Злобою бы выжечь
землю под ступнями,
и княжны великой
преступную связь.
Заговорщичью
подличью
благосклонничью Бестужеву.
Императрица
И об чем толкуют?
Прямо и преступно
Екатерина
не
переступит
волю мою
монаршью.
Дмитрий Волков
Ваша воля свята
(в сторону)
без фразы мне опасно
(императрице)
Заговор и речь
не о вашем
царствовании.
Канцлер
желает умнейшую,
а не у трона законнейшего.
Императрица
Ему милость была до времени,
склонности нет ныне,
что измышляют коварные?
Дмитрий Волков
Канцлер честный
с супружницей честною
наследного
Петра Фёдоровича
от честности в уме порешили-
в обход Петра воцариться Екатерине!
Императрица
Сотню али две
тысяч крепостных,
требуется за преданность?
Дмитрий Волков
За честность,
за искренность-
ни тысячи, ни полтысячи крепостных;
двести-
от щедрости.
Императрица
Глазы засощурил
змиюшка хвостатый,
а когда напраслину
воздвигнул
на канцлера?
А когда клеветою
умастил княгиню
Екатерину?
Дмитрий Волков
А тогда печатью
опечатать письма
канцлером
Екатерине
написанные.
Заговорщичьи
замысляющие
супротив наследника Божьего.
Сцена вторая.
Слуги
(между собой)
Слуга первый
С саблями блестящими
остротой предательской
ополчили канцлера
имперские гвардейцы.
И жену и детушек,
и самого преданного
под конвоем правят
в далекое имение.
Слуга второй
Эта опала честная
от того, что честному
дадена:
канцлер возглашает
настроение каждого
каждый виноват.
Слуга третий
Виноват свободною
природною волею
и рассудком:
если в здравии, в доброй памяти
- не за Петром.
Сцена третья
Екатерина Алексеевна в своей комнате во дворце
вбегает Пётр Фёдорович
Петр Фёдорович
Что расскажу,
глазов не раскроешь
со смеху.
хоть щипни тебя -
не опомнишься.
Слезы забрызжут
затресешься, как тушка,
лишь бы то не услыхала тетушка.
Пошла к обедне,
намарафетясь,
измазавшись,
завалилась после,
как чурка еловая.
На паперти валялась
доколь не очувствовалась-
так-то чествуют
возлюбленную государыню.
И никто не подошел к государыне
никто не протянул ей руку нежную
все надеялись: похолодела уж
еще царствует, что старухе не приличествует.
Что ещё?
самодурством самодуреет:
две ночи в покоях
не проспит-
наскучит:
её иль украдут
иль нож мер ребер всунут-
переворот перевернут
ночью лиходействуя.
Глазов не сомкнет императрица
до утреца
помнит Анну Леопольдовну и страшится такой же участи.
Ночью
глазы
разинуты,
как рот,
хоть иголки
серебряные всунь.
Ходит кругами ,
середину комнаты вырезая,
аль ляжет, и тяни не встанет.
Екатерина Алексеевна
Государыне занедужилось.
Лучше не спать, коль приснятся турки,
а когда под виною рассудок сжимаемается
счастье, что не мертва.
И не мощствовать,
мотовствуя вслух!
Будет помост
трон
под Петром.
Трон
укрепится грядущий благоразумием,
а вольнодумию
место здесь
через двести лет.
Достоит окроме-
за фразу «вы знаете, кто Я –
идите за мною»
она внесена в Зимний
единственная
до такой почести
достопочтенная
(в сторону)
мне в пример.
Пётр Фёдорович
И не первая,
не последняя.
Достопочтение русское-
ненависть суть
к имеющимся
оппозиции достопочтение- жажда волнения.
Где понять тебе?
разум мой удел.
Помяни падение, исхитривающаяся:
возникла желанная
играла на слабости,
толкнула наследника, сердце замуровавши-спрятавши,
быть бы купно супругам,
ухищряясь- извиваясь
супротив гвардии
воюющей нашей родину!
Али нету тебе верного Цербеста?
как же мне один мил
родимый Шлезвиг?
Променяла домище
на придворных-Бестужевых
неверная
верной
Пруссии.
Что ты взгляд мой прерываешь улыбкой?
Опостылела!
Тем
более всего-
не невинная.
Тем более глупа-
смеющаяся
Тем,
не мила совсем
- смеющая.
Милое мое Елизаветце
будет императрицей,
а тебе чернота мантилья
за разуменье.
Екатерина Алексеевна
Homo non trium
сaunerum.
Пётр Фёдорович
Освещаешь комнату,
глаза распахивая горящие,
сверху вниз дорога тебе,
как и матери твоей гулящей.
Оскорбила меня каунером достойного
кобыла каурая.
Сцена четвертая
Боборыкин и Костров
приближается Григорий Потёмкин
Костров
Прищурившись, расхаживает,
улыбается, оскалившись,
любовь свою вынашивает,
как безумие, в кармане.
Боборыкин
А куда б ещё ему сунуться?
куда силу выращивать,
Земле неподъемную
силу его
забрала одна
силу Потёмкина,
но нам он не скажет,
кто она.
Григорий Потемкин вступает с молодыми людьми в разговор.
Григорий Потёмкин
Не для неё
написан Декамерон,
огненный взгляд
её не опаляет,
Амур стрелы напрасно расточает-
разумеваю.
Костров
Четыре томика-
от скуки,
для радости
от уныния
четыре томика
соделай разум
исполиний.
даёт Потёмкину 4 книги
Григорий Потёмкин
Послезавтра ввечеру
верну не помятыми.
Боборыкин
Для другого так прочесть-
невероятно,
а воспомяни свою не объятую,
якобы не опаленную.
Костров
Кто глаза зажмурит
от Алкивиада?
тобою не объятая
виной виновата.
Али крепость – сила
тебе опостылела?
не мужская сила,
слабость тебе мила.
Боборыкин
(к Кострову)
Ввечеру ж, Ермило,
дело затаённое
ждут тебя Алексий
со Григорием.
Господа Орловы
за какой-то надобностью
хоть бы не опасность
за их тщеславность.
Костров
Никуда с буянами
смуту оборачивать
им треба союзников
- предателей.
И года грядущие
не пришли чтобы
под сапожием
Петра Фёдоровича.
Алехан смуту сочинил
проповедует
братнину возлюбленную
советует.
Монархинею советует
императрицею,
а мужа её
(шепотом)
на виселицу.
Боборыкин
При живой императрице?
Костров
Живой до времени.
Григорий Потемкин
Тогда я,
вместо тебя,
Ермило,к изменникам.
Боборыкин
Гришка тот
из крепости
отправится на помост.
С ним его поддержники.
подумай, Потемкин.
Пётр III будущий
и жену постылую
трижды уж поклялся
свезти
в монастырь.
Костров
Катькою бранится
на княжну великую-
глуповат.
Только в скором времени станет
императором.
Костров и Боборыкин уходят. Потемкин один
Григорий Потемкин
Склонила главу, опустив на плечо,
щуряся.
будто не жил до того момента
её взгляд-моя будущность.
И в разрез бы Христу
по колено в крови-
венчана!
Супругу, что будет императором
Петром Третьим.
Сцена пятая
Покои императрицы Елизаветы
Императрица Елизавета, Иван Шувалов, лекари
императрица при смерти
Императрица
Темно для деятельности
разуму – нет темени.
Быть России безначальной, как небо,
светлоокой, как день.
Шувалов
Да с чего темно?
светом слепит глаз.
Аль во бред, государыня?
не время, не сейчас.
аль во бред, государыня?
Самодержица!
Императрица!
Императрица
Темно для деятельности.
Грядет тьма
на моего
наследного Петра
он не донесет своего креста
русского креста.
Лекарь
Во бреду кормилица,
наша государыня
пророчествует.
Подурнела теперь ввечеру.
Кончит ночью.
Шувалов
(с гневом лекарям)
Что вы вьетесь, дохтуры,
смертовоспоможенники,
задыхается воспаленная
глаза раскалены;
вылетит изовьется
душа трепещущая,
с последним
ударом сердца.
Императрица
Корабли разрежут воды чёрные.
Корабли господствующие,
российские.
Это будет слава,
слава не Петра-
Екатерины.
Шувалов
Что вы вьетесь, дохтуры,
смертовоспоможенники,
она заглатывает воздух,
выручите ли?
Разлит
запах смерти
стоит
каменный
недругам – голштинцам на посмеяние.
Императрица
Господи, кончаюсь!
Глаза разрываются,
члены выворачиваются
темень опускается.
Сцена шестая
Шувалов и Екатерина Алексеевна
Екатерина Алексеевна
Вынесли нынче-
царственная покоится:
прекраснейшая, преукрашенная,
добрейшая и милостивейшая
самодержица Елизавета.
Шувалов
Милости и искренности
не место ныне.
Умерла она-
осмыслите-
погибла она и пропала она
в разгар войны.
Несколько лет
векотянушихся
окровавлены жизнями
человеческими
напрасными жизнями
знает всякий, как мы
Ее племянник захерит завоевания войны.
Екатерина Алексеевна
Ведь муж мой не снимет прусский мундир -
Заключит мир.
Шувалов
Заключит мир-
насыплет пороху
гвардейцам-
в пороховницы.
Воздух вспыхнет.
Зимний вспыхнет.
Прусский мундир загорится.
Акт II
Сцена первая
Пётр III, уже император, и Елизавета Романовна
Петр III
Ночь сверх меры ослепила,
сучья
ковыряются, разветвляются острые;
луна расплывается, серебро
господствует
с пурпурной оттенью.
Звезды с неба попадали,
примостились, хитрые,
у моего подножия,
мое императорство чествуют-
им сие приличествует.
Лизавета Романовна
Я колена свои склоню,
иль на упавшую звезду
взгромозжусь
тебя, великого, чествуя,
я не только благоговение чувствую:
я в груди берегу привязанность-
нежную склонность.
Петр III
И отрадно мне, хоть бы верить рад,
что царя-меня, любишь,
венценосца!
Посмотри, каков, посмотри
в глаза,
цари/ца.
Лизавета Романовна
Не царица-верная прислужница,
а царица-достойная супружница.
Петр III
Не под венцом блаженствовать
девке Орлова,
кутаться мантией,
чёрной мантильей,
я милостив: это не гильотина,
не была бы столь милостива
Екатерина.
Этой ночью с вами не буду:
деятельным буду
-законоположником
сяду с пером
под падающим светом
с ниспадающим
разу/мом.
Лизавета Романовна
Кто б
сподвигствовал?
Кто тебе
сподвижниче?
Кто вокруг Земли
Луной вращается?
я б с тобой, государю,
чернилами маралась,
твоей милой похвалы удостаиваясь.
Петр III
Есть спина испытанная, ещё при тётушке
лихоименитой:
кто женин раскрыл заговор,
того по правую руку поставит царь,
крепостными он,
награждён Богом
за ссылку Бестужева, мне ненавистного
Волкова!
его поставлю
адъютантом моего величества.
Сцена вторая
Комната во дворце
Дмитрий Волков, Пётр III, слуга
Дмитрий Волков
Ночью государю
повинутся звезды
блистающие.
Звезды, стражи разума,
благодетель царью
украшающие.
Разливай, царю,
разум на пергамент
распаляй волю,
волю править.
Петр III
Я разрушу твою структуру!
Оберну корыто с мясными помоями!
Я благосклонен за то, что ты со мной,
и к тебе будет благосклонен закон.
Оставаться всю ночь под спудом
под сводом квадратной комнаты
не приличествует величеству-
мне приличествует веселиться!
Когда разум вещий загорается,
тогда больно
голове царьей,
тогда мне лучше
испить вина красного
с голштинными братьями.
Кто царев
адъютант?
ты,
хитростный секретарь!
сочини закон к утру,
прославляющий импе/рию.
Пётр III выходит из комнаты
(слуге)
К Волкову союзников
не пускать!
и его, преданного, до утра
не выпускать!
Мужа сего
беречь с алебардою
советника,
драгоценного царского.
(сам с собой)
Комната просторная
в комнате законы
излагаются,
а царем народной массе
с пергамента
возглашаются.
Пётр III уходит, Волков один
Дмитрий Волков
Чем взаперти-
лучше на паперти!
небо над головую
простиралось бы,
а голова
дурнела моя,
когда о заговоре
рассказал.
Губы ссыхаются-
глоток вина!
хотя каплю водицы бы-
и жажда утолена;
но не утолена
не утолена
жажда света
и свободомыслия!
Не власть моя
и разум не мой,
но от бывшей государыни слыхал:
«Личное право дворянам выбирать:
воевать им,
или не воевать»
Подарить сие
правомыслие
закон вольности
дворянствующим,
и за Петром пойдут,
за царем пойдут
дворяне
облагодетельствованные.
Станет сей закон
верным форпостом,
охраняющим Петра Третьего,
ежли войну не закончит
с Пруссией, им воспетой.
А заслужна ли
благосклонность моя?
законы сочиняю
за нерадивого царя.
Лучше царь
нерадив
хоть
юродив,
только б не смута
кровопролитная.
Сцена третья
Эта же ночь.Покои императора
Пётр III, Андрей Гудович, голштинцы
Петр III
(выпивая и горячась)
По трещинам на губах
жмёт,
захлебываюсь
глотком
оборачивается комната.
Темнота.
In vino veritas!
вину
в возлюбление
стуком
стаканы
о скатерти
ночь для веселия
и размышлений,
голштинные братия.
Ныне же
торжество величия,
моего
величия
над глупостью:
злотрепещет поруганнная нежность,
опрокинуты козни Екатерины,
грядет час ,когда заключу мир.
После приму присягу
великую
императорствующему,
великому
и будет русское царство
прусским вассальством!
И тогда же в веру родимую,
лютеранство исповедимое
умокну россиян-московитов
непокорные будут убиты.
И тогда обвенчаюсь с Лизою,
в монастырь отправлю Екатерину,
и будет велие счастье
моего монаршества.
Скоро, разумею,
счастие узрею:
войско, возвращающееся
из Берлина.
Фридрушек возрадуется
спасённый
по моей милости
не побеждённый.
(окончательно захмелев)
Вон, мешок стоит
перевязанный,
будто крылья приросли,
и сейчас взлетит!
Головой мотну
туда-сюда
-отвалились крылья,
прояснилося.
Андрей Гудович
Государю милый,
искренний правитель,
винуюсь,
но слово
молвлю:
«Отставь
стакан
на край
стола,
держатель, воитель»
Петр III
Да что, захмелею?
это можно!
спокойный кутеж!
Сцена четвертая
Церковь.Григорий Потёмкин и наставник его Амвросий,
архиепископ Крутицкий и Можайский
Григорий Потёмкин
Ломаю и руки
и голову
-на холодную стену!
Два пути-
совместить!
разрешить,
что на требу:
государству иль Богу?
ей
или вечности?
посох
иль ножны?
мундир
или пояс на чреслах
кожаный?
Душу спасти?
погублю!
порублю!
и под ноги-
ей
попытка господствовать над
тем,
что Богова
вещь.
Архиепископ Амвросий
Хочешь взгляд её сияющий,
на тебя обращенный;
хочешь жизнь свою положить
империи под ноги?
Как рискнул ты полюбить ту,
которая так далеко?
усилия не будут бесплодны!
Григорий Потёмкин
Я увидел её несколько лет назад,
показалась счастьем, как теперь вспоминать?
увидел
издали
косилась
хищницей,
отче, разумевай:
вся бледная
стеклом сверкают глаза,
пальцы
и голос
дрожат,
ее преукрашивая, волосы выбились,
тогда-то я и влюбился.
Но где мне
до любви её!
кто я
любить её!
смута
на корме
смута
ради неё.
Архиепископ Амвросий
Ты или
изготовил смуту?
ты ли
хочешь даровать ей
власть империей великой?
Григорий Потёмкин
Смута
-не моя.
Архиепископ Амвросий
Если имя твое должно значиться
на страницах имперской истории,
оседлай этот поток бушующий
пламенев воин.
Под начало Орловых
стань
переворот
приготовляй,
и славу ей принесешь,
отвоюешь.
Григорий Потёмкин
Было б славой Богу
Петрово свержение?
да против царя идти
-преступление!
сомнения в помощь призываю-
собственное тело царапаю и разрываю
Славу сотворил бы так
линией прямою,
соединяющей
человека и Бога?
Архиепископ Амвросий
Не было б препятствия
человеческой святости,
да тело разрывать
не достаточно.
Божии угодники,
что зовут блаженными
в счастии пребывают
коленопреклоненные.
Счастье настигнет тебя
возле её трона.
Бог судил ей
и благословит на ней
корону.
Григорий Потёмкин
А ему будет славой
радость моя?
Ему, вымучившему радость мою?
И я почувствую Его славу
в моей крови распластанную?
Архиепископ Амвросий
Позволительно ощущать в себе,
а не в пространстве;
признавать славу и бессмертие Его,
не токмо святость!
Григорий Потёмкин
На чело наложит
персты правой кисти
глаза загорятся
счастьем и истиной.
Архиепископ Амвросий
Но радость нужно заслужить,
не ради счастия земного,
а ради будущих свершений
случится свержение.
Вещь благословенная ведь
Гением Верховным благословлена
все, что истинно
может быть только от Христа.
Угадываю твои идеи
знаю твой ум неспокойный
чем ты хочешь заслужить
благосклонность ея,Потемкин Григорий?
Григорий Потёмкин
Истинно ли, отче,
господство турское
в Цареграде славном,
греческом?
Истинно ли
притеснение велие
магометанином
христианина?
Я веду к тому, что принесу ей и империи полмира.
Архиепископ Амвросий
Истинно страдание
мы разумеваем,
разумевая, исправляем.
Истинно страдать
гению горением
слабому позволить
страдать
-преступление.
Гений гадину
за горло хватает
сильномогутной рукой
задушает
дабы ядовитая младенца не искусала
язычеством христианству навреждая.
Видно мне
глазами,
шепчет мой разум
станешь властителем
будешь у власти.
И тогда спаси Константинополь
Божественный полис,
а турку прогони за море,
где не стоит Царьград блистающий.
Григорий Потёмкин
Думал об том,
степь станет
форпостом,
ежли там град поставить
стоять
сиять южанам.
Оборонить наперво
градом царственным
границы русские от татар и казачества
И град наполнить военными
Силой и вооружением.
Архиепископ Амвросий
Какой там город?
пустынное поле
в кулаке имперском -
проблема Дикое поле.
Воруют губернии
казаки, бесчинствуя,
землю,
влажную от крови,
перековыривая
ни полполка
ни два
полка
совладать
с ними
не могут.
Григорий Потёмкин
Что же связывает?
чем мы связаны?
и кого
мы сами обязываем?
так и следует
не силою
не крови чёрной многообилием
свободою же
и достоинством,
и мнимым, возможно реальным,
равенством.
Кочуют же, грабежничают
казаки,
разбою привычные
насадить бы град
с хоромами
для семейства и счастья обычного.
И каждому
жениться-обабиться!
от обабка - детки-грибочки
и не станет
разбойников
в Диком поле.
Предлагаю,
разумею должное
долженствует разуму многое
цивилизацию впустить в массы
на благо государства!
И, таким образом,
иметь бы власть мне
мыслю о граде,
предполагаю счастье:
ради форпоста
поста военного
и ради усмирения
мятежников.
Архиепископ Амвросий
Возведешь ты град
Рим превосходящий!
будешь воином
делателем величия!
возведешь град
с церквами и палатами-
назови его
«Слава Екатерине»
Григорий Потёмкин
Вокруг города
на море чернеющем
будет власть моя-
будет флот стоять,
и тогда паруса наполнятся
цареградовым светом
озарятся!
И прогоним из Греции турку
не Стамбул будет-
Константинополь,
и никто не притеснит христианина
не притеснит поганый магометанин!
Архиепископ Амвросий
(молится)
Господи, если хотя половину того свершит,
не только его, потомков его благослови.
(Потёмкину)
Стены сотрясаются
мощные,
руки твои сжаты
силою.
Страшусь твоего крика,
пламенев ученик!
Григорий Потёмкин
Если я буду говорить тише,
я сам себя
не услышу.
Сцена пятая
Пруссия. Потсдам.
Император Фридрих II и Микаэль, его фаворит
Микаэль лежит на кровати императора, сам
Фридрих сидит на краю кровати, собака умастилась под его ногами
Микаэль
(шутливо)
Кучу
словно русский
как есть
по-барски,
мой царь, не отталкиваешь
меня.
Вино на простыню разливается,
будто чувство подтверждается.
Фридрих
(серьезно)
Что до чувств,
что вино
именно мне-
все равно!
Ныне отходят войска-
мною не чаянно:
покоренное
сияет свобожденностью
честь муж сей
именитейший
вознес
над алчностью
дружбой
и верностью
стоит Берлинушек!
Микаэль
(тоже приняв серьезный тон)
За зад стянут
вашего последователя
за то, что народа своего преследования
возвернул противнику без контрибуции!
не затребовал ни унции
золота дымящегося,
голова его будет продырявлена!
За зад
стянут
вашего подражателя
русских гвардецев кровотой
лежит Восточная Пруссия!
Что угодно
и выгодно
нашему государству
нисколько не выгодно
Петрову императорству!
Фридрих
Отплачу Петру
отплачу ему
верной дружбой
и союзничеством!
И пойдем исполины
на Данию
и Шлезвиг возьмем
и возрадуемся!
Пиши
письмо
русскому царю,
пиши слова мои
благодарность мою!
Будут два государства
родственные
Пруссия
и империя русская.
Микаэль
Многое убудет с них,
коль захотят себе Шлезвиг.
Акт III
Сцена первая.
Измайловский полк
Ф;дор Барятинский, Андрей Гудович, солдаты.
(обсуждают последние события внешней политики Российской империи)
Солдат
Скрипят зубы
не от холода.
Когти впиваются,
глаза выпячиваются,
душа изо рта
вываливается.
Мне хорошо,
мне умирается.
Ф;дор Барятинский
Что вытворил
наш царь достопочтеннейший?
Протрезвел ли к вечеру августейший?
Солдат
Равнодушие распалил донельзя,
своё непонимающее,
честь русскую расплескал всю
по краям бокала
с играющим.
Сим образом ответствую
приятнее бы отравиться.
Слушайте, внимая гибели
торжество самодурства свершилось.
Триста тысяч душ
загублено!
Триста тысяч жизней
ради поганого мира.
Триста тысяч душ,
триста тысяч дум
русскую кровь впитывает земля Берлина.
Заключен мир, прусаков радующий
Кровью завоеванные земли
Возвращающий.
Фёдор Барятинский
(взбешенно)
Сумасшедший предатель радуется,
а я, ломая его череп, возрадуюсь.
Андрей Гудович
(возмущенно)
Предатель
разве?
Покинул
войско?
Лошадям русским
впору было не покидать стойло.
Семь лет таскаемся
от француза ни франка
это ли
не елизаветинское предательство?
Когда бы немцы
Москву осаждали,
тогда бы русские штыки воздух разрезали,
а когда нам
невыгодна была война,
тогда было выгодно государыне
Францию поддержать.
(к измайловцам)
Поразмыслите,
славы жаждущие,
союз с немцами станет
нам принадлежать,
истинный, выгоду несущий;
спасенные государи в долгу не остаются.
Фёдор Барятинский
Вот уж ты запел
на прусский лад,
тебе язык бы вырвать,
о слюни пальцы марая.
Недаром обласкан
вином царским,
аль тоже хочешь,
окститься в лютеранство?
Отныне не ждем тебя
замыслы разделять,
не отходи, фаворит,
от поганого царя.
Андрей Гудович уходит
А я тем временем отправлюсь к Алехану
Мы вместе призовем преображенцев смутьянами.
Сцена вторая
Преображенский конный полк
Потёмкин, Костров, некоторые солдаты
Григорий Потемкин
(мысленно)
Во сне, задумываясь,
просыпаюся впотьмах.
Если не ты, то никто
лучше я.
Когда бы ближе,
чем на расстоянии руки,
я закрываю мысль для деятельности.
(вспоминает сон)
Сначала будто
чернело чёрным,
а после-разглядеть возможно:
не пустота чернела,
а схима
на моей возлюбленной Екатерине.
И будто поле
сожжено бескрайнее
и небо
клубами табачными.
Прохожу мимо,
Я-солдат выживший
Единственный
Подле груды мертвецов.
(мысленно)
И пусть не любит
-не допущу её гибели.
Пусть зажмурится-
когда прохожу мимо.
Пусть с другим делит
счастье и власть,
моему времени предрешено настать.
И пусть презираю его,
обладающего ею,
не удержит её
рукой трясущейся своею.
Пусть я судьбою делатель смуты,
я разделю и её славы путь,
а если исчезнем, Орловы с Потемкиным,
тогда защити её, прошу Тебя, Господь.
Входят братья Орловы, Федор Барятинский
Алексей Орлов
(Потемкину)
Круто твое положение перевернулось,
Ныне удача и счастье
тебе улыбнулись:
коль ты за сверженье
помни, что во главе Орловы
нам нужно, чтобы преображенцы
примкнули к заговору, Григорий.
Григорий Орлов
И нужен ты нам
быстрее слугой, чем другом,
но коль решился –будь предан
в награду будут угодья.
И отныне вместо чтения, действа бесполезного
пусть лишь сабля висит-
на поясе твоем гремит.
Фёдор Барятинский
Чтобы при случае клинок обнажить
неприятельскую кровь пролить
Алексей Орлов и Потёмкин жмут друг другу руки, затем Потёмкину жмет руку Фёдор Барятинский
Федор Барятинский
(разглядывая свою руку)
Кто убийцыну руку
держал
и пожимал,
тот клянется отомстить
за солдат и генералов;
тот клянется нанести
императору удар-
за поганый прусский мир
расплатится лютеран.
Барятинский и Алексей Орлов идут за ними вслед.
Григорий Потёмкин
(Кострову)
Теперь словно кабаллистическими знаками
мы с нею империей связаны:
не заговорщикам руку подал-судьбе,
всю жизнь отдавая Екатери/не
Костров
Все то для нее предпринял ты?
оставил книги
и мысли бурные,
в смуту решив проникнуть бесчестную,
что ни предпринял ты-
для неё?
Григорий Потемкин
Для неё.
Сцена третья
Братья Орловы наедине
Григорий Орлов
Страшусь сказать,
посмеешься, братец,
хоть и не пристало мне
в раздумья впадать:
ежли неудача
судилась предприятью
кровь орловская прольется
может от греха в свое имение уберемся?
И сии тяжбы согнули
согнули мои колена
тяжбы привлекла
её привязанность.
Алексей Орлов
На трон сядешь
её привязанностью,
али безумен ты,
али заражен слабостью?
Слепнешь, братец,
аль сердце не бьется,
рассказать почему
Потёмкин при нас остается?
Мрачный щурится
свысока освещает взглядом
щурится,
горит Алкивиад.
Видал я раз как смотрит он на Екатерину,
но если он в ее сердце,
тогда тебе точно уже не власть, а кручина.
Григорий Орлов
(с гневом)
Не коснется её!
Руки порублю секирою
плечи могутные
-повыверну.
Глазьями нежность
недолго посылать станет,
душу из него выверну,
планы мои не сможет разрушать.
Лучше в крови его выкупаюсь
бурлящей, горячеющей,
чем коснется до неё
хотя взором своим ласкающим.
В слабость впал,
ты меня ревностью разжег.
Не люблю?
Как? Я боюсь, что другой
на порог.
Она мне власть
и корону принесёт,
что до чувств-слепа страсть,
но за власть-на помост.
Екатерина нужна,
но выгода, как любовь велика,
что ей было нужно от Петра?
-корона Петра.
Следует,
я выше, чем она
мне нужна и она
и власть,
что так же желанна.
А смута
слишком безумна, чтоб усомниться
сопротивляющихся будет мало
подкупить или переубедить?
Алексей Орлов
Не будет сомнений
гвардейцы в смятении,
как вина,
жаждут скоро свержения.
Григорий Орлов
Я четверть ночи
с тобою буду
напьемся, братец, в последний раз,
а после-
к ней явлюсь
и докажу, что люблю:
Я план предоставлю
мысленно имею,
как совладать с Петром,
отправить его в Цирцею.
Четвёртая сцена
Беседка Великой княгини Екатерины Алексеевны.
Григорий Потёмкин, Григорий Орлов, Екатерина Алексеевна. Герои по очереди сменяют друг друга
Григорий Потёмкин
(сам с собой)
Держу за стебель,
бутоном вниз переворачивая,
лентой красной
розу украшенную.
В руки-то ей
не дам стыдливо-
розу оставлю в беседке Екатерины.
кладёт розу на скамью
(мысленно обращается к Екатерине)
Когда ты придешь, чувством влекомая,
вечер вдыхать, закат обнимать,
коснись поцелуя,
целовал я стебель,
коснись поцелуя, пылай.
Потёмкин скрывается, входит Григорий Орлов.
Григорий Орлов
Отчего украшает скамейку её
цветок,
подаренный не мной?
Лепестки-
растереть по ладоням до сока,
стебель разломать
с шипами-уколами.
Потёмкина игры
разобью интриги,
под лавку остатки
поганой любви.
Увидит он-подумает, она изломала
поганую розу,
розу интригана.
Ломает розу и уходит
Выходит Екатерина Алексеевна
Екатерина Алексеевна
Ночь пылает вкусом,
воздух горячеет,
сердце сладкой грустью наполнено,
щемит.
И кому молодость,
для чего страсть разливается,
кому горящая
и нежная достанусь?
Была б я Христова,
но рядом Орлов,
и преображенец юный, Потемкин,
ведаю мной увлечен.
Смятились, столкнулись
в душе без того мятущейся,
выбоины царапаю-растираю,
а когда клятва пустотствующая,
то умирает.
Но я ныне
Орлова не отдам,
не дело амур
власть должно обретать.
(замечает растерзанную розу)
Лепестки под скамьей рассыпаны,
то любовь о козни разбитая.
уходит
Сцена пятая.
Этим же вечером
Григорий Орлов под окнами покоев Екатерины.
Григорий Орлов
(подвыпивший)
Я под твоим окном,
и я тебя люблю.
Пьяной головой
бросаюся в омот,
ради слова твоего нежного,
роком мне завещанная.
поднимается к её покоям и ударяет кулаком в дверь, и та распахивается
Больно дверь хороша,
разделяет тебя и меня!
Екатерина Алексеевна
Искатель бурных веселий,
чем вы меня порадуете?
Розами
али мыслями
о государоправии?
Григорий Орлов
(приняв чрезвычайно серьезный вид)
Запомни каждое слово:
через месяц день Ионы
и пиршество в Орьенбауме славное,
и там важно присутствие царье.
И Пётр под праздник отправится
с Лизаветой, голштами, Измайловским
и не будет его в Петербурге
-вот нам повод сменить властвованье.
Ты ж сошлись,
что поедешь следом
ночью же-готовься к гвардейцам
в Измайловский поедем прежде,
затем в Семеновский и Преображенский.
И ночью присягнут, обвенчаешься.
стремительно?
ждать погибнем.
Екатерина Алексеевна
Или царствовать, или умереть,
чем унижение-лучше гибель.
Григорий Орлов
Далее,
если верные
к Петру в Орьенбаум помчатся,
нас укроют полсотни верст
-более, чем полдня скачки.
Не успеет собрать он войско
и мятеж погасить благословенный:
прежде чем вернется в столицу
за нами
будет победа.
(Молчание несколько минут)
Екатерина Алексеевна
Кто поймет,
что мы,
безумные,
затеяли?
Григорий Орлов
Намеревающиеся
исполнить затею.
Екатерина Алексеевна
Да будет так,
пойду за планом, Гриша,
и, даст Бог,
нас гвардейцы услышат.
Сцена шестая
Пётр III и Дмитрий Волков
Пётр III
Сколько распоряжений на годы войны
aх, казна!
Была бы ты не столь пуста!
Благо Фридрих деньгами и войсками одарит сполна.
Грядет пир-
новости объявлю,
и жену постылую
отругаю и пристыжу.
Дмитрий Волков
Слухи ходят
о заговоре грозном,
не усугубляй дело, царю, гневом,
хоть праведным и Божьим.
Не давай повода, царю, для вспышки
и без искры
порох в бочках отсыреет и пропадет,
и Пётр Третий,
несмотря на угрозы,
рассудительностью
будет спасен.
Войну,
войну отложи до срока,
правление твое
долгим будет-
успеется всё.
Солдаты только-только
вернулись из похода,
дай отдых от дел бранных,
служащим, царю правый.
Пётр III
Не будет так,
но только так,
как запланировано мною:
войска уйдут под Померанью
и Шлезвиг отберут у Даньи.
Акт IV
Сцена первая
Великолепие, обед на 400 персон. Петр III, рядом с ним его приближенные, секретарь Волков и фаворитка Лизавета Воронцова
Екатерина Алексеевна в конце стола.
Свита Петра III из голштинцев, гвардцейцы, придворные, посыльный.
Пётр III
Приветствую верноподданных
моего императорского величества
Разделим
глотком вина
радость прусского владычества.
В веселии
главой потрясаю
нам Фридрих
честь оказал:
договорились завоевать Данию,
я отправил войско в Померанию!
Шепот недовольства среди пирующих и только Лизавета обжирается пирожным, запустив в него обе руки
Пётр III
(шепотом к Лизавете)
Лизаветце, рожа в красном повидле,
рукав лакейский
для чего мотается?
подзови лакея-
незаметно вытри
рожу масляную
о рукав мягонький.
Рожу вытри
о рукав лакейский,
а руки грязные
- о незаметную скатерть.
(громко)
Вот она сидит причесанная и прибранная
постылая Катя.
Екатерина Алексеевна поднимает на него злобный, холодный взгляд.
Екатерина Алексеевна
Думаете, так просто всё?
я думаю, что кто-нибудь со стола сейчас схватит нож
и меня, жену царя, от царя оборонит
дабы честь мою сохранить.
Но нет, я сама прикажу вам смолчать
я приказываю вам замолчать!
(в сторону)
Знали бы, кто приказывает
перстом Христа отмеченная.
Тебя Satan в аду
будет душить за душу
а я-я буду увековечена.
Пётр III
(гвардейцам)
Римская тройка продолжает моё имя
йота усилий-
я приказываю её схватить.
гвардейцы идут арестовывать Екатерину
Дмитрий Волков
Преступно, честь моя порукой,
царицу унижать прилюдно.
(шепотом царю)
Не ради чести, но из страха мести
повремени, царю, с арестом.
Пётр III
(гневаясь ещё более)
Дуру схватить,
в покоях слуги моего Шкурина запереть,
дабы праздничное место ею не осквернить.
Екатерину Алексеевну уводят
несколько времени спустя входит посыльный
Посыльный
Царю, кладу главу на плаху
дурная весть сразит твой слух:
бежала, Шкурин взят под стражу,
он изменил тебе, царю.
Не только отпустил, куда там
он руки целовал ея.
Бежала, с братьями бежала,
Орловыми, в полки, мой царь.
Пётр III
Пусть так, пусть ищет
там поддержки
своим солдатам я отец,
их ждёт триумф в похоже датском.
Старый гвардеец
Противен нам поход, как бес.
Царевы слуги делают движение схватить гвардейца, но царь останавливает их
Царю, монарх тот свят, кто видит,
чего желает сам народ
ты закрывал глаза доныне
и поступал наперекор:
Войну вели мы, что ты сделал?
ты возвернул завоеванья
ты обесценил нашу кровь!
И ты отец наш обожаемый?
Ты возжелал Россию сделать
вассальством прусским-
это гибель.
Народа нашего, святого
пойми, что та твоя отчизна
только твоя, не наша, царю
езжай в свою страну, а нам
а нам оставь жену и Павла
так мудро будет, государь.
Не будем русские под прусском
не поклонимся Фридриху
и в Данию войска не двинем
езжай, vivat Екатерина.
И тоже немка,
но не клонит
главы немецкому царю,
ты приносил лишь разрушенье,
так уезжай в страну свою.
И знай, что заговор уж зреет
зачем скрывать, убей, сказни
в лицо тебе кричу «не буду
под пруссом русский»
накажи,
сперва достань, мне имя тыщи-
ты берегись.
И уезжай
тебе опасно, и власть твоя уже власть,
два полка во главе Орловых
ринутся ее обвенчать.
Встает из-за стола и уходит, за ним следом все гвардейцы, а с Петром остаются только голштинцы. Пётр ошеломлен
Сцена вторая
Пётр III и Елизавета Романовна
Пётр III
В сговоре
дура цербетская
со Шкуриным, мною облагодетельствованным.
Змея шкурская
виватствует
Екатерине
и будет наказана.
Желаемо
величию
пожарее
великое,
огонь пожрет жертву
тленость пожрет
деяние рук человеческих.
Желаемо
поразвлечься ввечеру
шкурский дом зряще
сгорающим:
вспыхнет место,
взращивающее предателей-
женушкиных камердинеров.
Поджечь велю,
чтобы тлела старь.
(слуге)
Велю!
Ввечеру исполнять.
Через несколько часов Пётр III и Лизавета Романовна проходят мимо горящего дома Василия Шкурина
Петр III
Лизанька, улыбнись огню
я хочу языки читать
в твоих глазах.
Смотри, как Шкурин
с бабой и отродьем
бегут,
спасаясь от моего монаршества.
Лизавета Романовна
(в ужасе)
Крышу
поедает жёлтая тля.
Доски, тлея, хрустят
Пётр III
Виват Петру, все запомнят Петра,
мстительного царя
Лизавета Романовна
Царю, прогневил ты своих врагов
и я, сколь ни глупа, за тебя боюсь.
Царю, ради меня, примирись с женой
и смири заговор.
Пётр III
Смирить-это казнить,
я внемлю совету твоему сполна:
врагов арестуют, сошлют и вздернут,
моя будущая жена.
Отправился лучше в Орьенбаум, Лиза,
на день Ионы, праздник святой у русских
повеселимся,
что до опасности-
их заговор-пустые угрозы.
И сама она приедет на праздник.
Великодушна ты, Лиза, за соперницу просишь.
Ангел мой, кем ты послана?
Но не меня за жену проси, Господа.
Я же непреклонен буду
грязь и смута-все беды чрез её существование.
Да, я любил её когда-то
Ныне нет ненависти раскаянья.
Петр III и Лизавета Романовна уезжают в Ориенбаум.
Сцена третья
Измайловский полк, Фёдор Барятинский, измайловцы.
Фёдор Барятинский
Друзья, смеясь я, вопрошаю,
Чем ныне занят царь наш властный?
Измайловцы
Да в Орьенбауме он взабытьи
от непомерного сладострастья.
С камердинерами вином упившись,
объявил Лизавету государынею
глупую девку Воронцову,
как-будто жене оскорблений мало.
Да что жена, это меньший грех из всех
идем на вчерашнего союзника-на Данию!
И со вчерашним врагом своим-
с пруссками.
Фёдор Барятинский
Так кто-ж согласен станет скинуть
оковы глупости постылой
и шутовских его кривляний
с великой матушки России?
Измайловцы
Разумно ли станет
супруга свергать,
жену его
на царство венчая?
Та ли
она
с кем Российская империя
станет сильна?
Богом она
послана
судьбой ли она
благословлена,
перстом Христа ли отмечена,
али пуста
и ничтожна?
Входит Екатерина Алексеевна с братьями Орловыми
Екатерина Алексеевна
Об этом сомнения
не допускайте:
мне Богом и роком
начертано,
брауншвейгским каноником
предсказано-
носить венец
светлой главы украшение.
Каноник-старец,
страж добродетели,
моей матери
открыл истину:
на челе моем
суть свидетели-
метки власти.
И с преславного
безмятежного
отрочества взлелеяно
замыслие о монаршестве
о российском царстве.
На пороге великого
на пороге величия
призываю вас ради блага страны:
благо страны-
мое воцарение.
Жизни жалеть
силы жалеть не стану,
доколь империя
великой не станет
не встанет
во главе Европы заносчивой.
Жизни жалеть не стану
страна велика краями,
сильна
умами.
Все в уединении я наблюдала,
империю изучая.
Господь мне открыл
пути процветания
нашего достояния.
Измайловцы
Ради великих свершений
узри отныне своих
солдат на коленях.
становятся перед ней на колени
Григорий Орлов
Vivat!
Фёдор Барятинский
Vivat!
Алексей Орлов
Vivat!
Все
(наперебой)
Vivat!
Екатерина Алексеевна
Спаси и благослови,
Христе,
моих новоиспеченных чад.
Сцена четвертая
Преображенский конный полк.Преображенцы колеблются в ожидании Екатерины. Григорий Потёмкин, преображенцы
Преображенцы
Все присягнули-
а мы-Петровы,
и внуку Петра
верну пребудем.
Взволнован Измайловский
-Орловым
куплен Семеновский
-за угодья,
Сенат и Синод
выгоду принять не преминут,
а нашей чести порука-
Великий Пётр:
внука Петра защитим
монарха законного сохраним.
Григорий Потемкин
(к ним)
Окститесь, вы,
доколе было нам,
господа,
терпеть издевки змея-пруссака?
Всю честь империи, дворян, Елизаветы,
каменьем размозжил, вернув Берлин.
Преображенцы
Справедлив твой совет,
только она супруга царя, самодержицы перед нами нет.
Кто изгоняет его?
пигмеи на фоне изгоя
за сим
дадим бой
смутьянам.
Являются Екатерина Алексеевна, Орловы, Барятинский, с ними полки Семёновский и Измайловский. Преображенцы готовятся атаковать их.
Григорий Орлов
Становитесь на колени
и не мудрствуйте, собраты,
или пасть вовместе с ним
лакомо вам,
император
не щадил вас, он отправил
на войну, что бесполезна,
он грозил вам лютеранством
с вами иль без вас исчезнет.
Один из преображенцев
Я царя поплюю-
меня накажет Бог,
смутой накажет
и Северной войной.
Я умру за него
здесь, под щитом,
с Бо/гом.
Преображенцы обнажают оружие, готовясь напасть на измайловцев и семеновцев.
Потёмкин на коне скачет к Екатерине, переходя на её сторону, заслоняя её от преображенцев.
Григорий Потёмкин
Вы честны и благородны,
преданны царю, о други,
но подумайте, что будет:
не Россия, а Русбургья.
Коль правленьем наслаждаясь,
Пётр останется у власти,
что останется от войска?
кровь под сапогами датскими.
Войско ныне не готово
план потерпит поражение
Фридрих не поможет,
ему
глупость верить, преступленье.
Что изменится о церкви?
нет, не будет православья.
Чаши вынесут святые
Дары выльют лютеране.
Он окрестит Русь нанове
ново солнце, чёрной кровью:
пасторы крестить наедут
и разбойничать соборы.
И приблизятся границы
Русские-к Ориенбауму,
остальное-для Фридриха,
город-Петру на забаву.
Территория России
отойдет желанной Пруссии,
так уж хочет царь ваш добрый
быть вассалом.
Преображенцы
Будет пусть.
Но не мы, но не Россия
Григорий Потемкин
Государыня,скажи им,
что предложишь ты.
Екатерина Алексеевна
Возвернется наше войско-
глупо продолжать деянье,
столь ничтожное России,
как Петрова Померанья.
Преображенцы
И немедля?
Екатерина Алексеевна
И немедля.
Завсегда буду считаться
с главной силой государства
-с войском,
чтоб не опасаться
участи Петра.
А еще
доколе можно
постараюся улучшить
положение дворянства
на века.
Вместе мы построим крепко
государство Европейское
просвещенное наукой
армиями укреплённое.
Преображенцы
Что же станется с Петром
после свержения,
потом?
Екатерина Алексеевна
Он поселится в том граде,
что достойным проживанья
изберет.
Алексей Орлов
Окроме столиц.
Преображенцы
(Екатерине)
Присягаем,
припадаем ниц,
но от нужды,
не с желанья,
и не допусти изгнаний
и убийства.
(Потёмкину)
Страшно нарисовал грядущее ты
яством изобразил отравленным.
Григорий Потёмкин
Медленнодействующий мышьяк-
этим стало бы Петрово государоправие.
Преображенцы присягают Екатерине. Кобыла Потёмкина не отходит от кобылы Екатерины.
Екатерина Алексеевна
(с чувством)
Пылким защитником вы представились ныне,
представилась мне
будто до конца вся моя жизнь.
И вы стояли подле меня на том самом месте,
как стоите подле меня теперь.
(совладев с собой)
Вероятно, это значит,
что будете преданно мне служить.
Григорий Потёмкин
Вот бы тебя, властительница, беречь
моя судьба параллельно твоей,
сколько выстрелов,
чтобы пересеклись?
Екатерина Алексеевна, увлеченная гвардейцами, удаляется от него
Перечерченная моя жизнь.
Гвардейцы направляются с Екатериной Алексеевной в Казанский Собор с тем, чтобы венчать ее на царствование
Сцена пятая
Пётр III и Елизавета Романовна в Петергофе во дворце.
Лизавета Романовна
Хорошо мы сделали, что вернулись,
государь, слухи тревожные, мне не спокоится:
отыщи жену, хоть бы чего не удумала,
молю, отыщи.
Беззащитны мы ныне, сторонники твои в Померанию ушли.
Пётр III
Отыщу.
через некоторое время
Справился,
нигде её нет
только в покоях платье её расстелено по всей длине,
с гневу уцепился я за него, изорвал.
Лизавета Романовна
Кабы беды тут не было, государь.
Пётр III
Вот именно, я-государь.
Так чего мне опасаться
в своем же царстве?
Коварным заговорщикам гнева моего стоит бояться.
Пишу в Ориенбаум,
голштинцы мои прискачут.
Пётр III неловко разворачивается и смахивает со стола старые часы
Лизавета Романовна
(плачет)
Ох, дурной знак.
Пётр III
Дорогая моя, не плачьте.
уходит дальше искать Екатерину
Сцена шестая
Пётр III в Петербурге, ходит по улицам, на улицах никого нет
Пётр III
(мысленно обращается к жене)
Хочу, чтобы жизнь твоя
была на кончике моего клинка.
А ежли вправду
гвардейцев всколыхнула,
явится тебе власть,
но они назначат свою цену, глупая.
И все же это была бы гибельная весть,
не может так статься,
образумь их, Творец,
знают ведь,
что за неправдие керы губительные
царесместителям.
проходит дальше, по-прежнему на улицах никого
Нет никого,
страх сковывает.
Спрятались в домы люди,
испугал их страшным замыслом Орлов.
Верно, сторонятся подозрений напрасных,
когда с заговорщиками
стану разбираться.
Радует, нет смутьянам поддержки,
подле них показаться опасаются подданные верные.
(радуясь глупой догадке, успокаивается)
Да и на что способна
горстка бунтовщиков,
ведь не склонит на свою сторону Екатерина
в полном составе полк
Измайловский
Семёновский и Преображенский.
Будет верен мне,
я верую,
хоть дражайший
Преображенский вернейший,
внука Петра-меня зряще
перед чернею,
перед кобылой каурой Екатериною.
из-за угла выскакивает собака и начинает лаять на Петра IIII
А ты, сука,
не лай на государь-императора,
за скотоложство суку вешают,
так тебя повешу за единомыслие предателям.
Те тоже лают, но
не прейдет ночь,
как не прейдет без казни
немытый Орлов.
подходит к Казанскому Собору, там огромная толпа людей и солдат
Пётр III
( спрашивает у горожанина)
Что за скопленье народу,
будто родился наследник,
помазанник Божий,
и крестят его?
Горожанин
(не узнав Петра III)
Венчают её.
Пётр III
(в испуге)
Кого? И с кем?
Горожанин
Её.
Пётр III
(с гневом)
Кого ее?
Горожанин
Матушку.
Обвенчали уж
с государством Российским.
из Собора выходит Екатерина, присутствующие наперебой кидаются к ней под ноги, дабы поцеловать хотя край её платья.
Пётр III
Опрокинули будто
до единого Бруты,
окроме братцев-голштинушков.
Не проводил её на гильотину,
она
меня не помилует.
Пётр III скрывается в толпе
Акт V
Сцена первая
Императрица Екатерина Алексеевна, братья Орловы во дворце в Петербурге
Григорий Орлов
Где голштинец достославный?
Императрица
В Петергофе он,
доколе
знать ему не подадим
о своих
планах.
Алексей Орлов
Государыня!
Он, узнав теперь, что свергнут,
как в агонии помчится
к верным во Кронштадт:
к двум полкам, что Астраханский,
и второй, Ингерманландский,
выдаст император
приказанье мощь явить-
бунт смирить.
Григорий Орлов
Да жизнь свою схранить.
Императрица
Значит срочно шлю депеши-
суть Кронштадту для присяги
манифест.
Алексей Орлов
Да еще под Померанью
отправляйте приказанье
о скорейшем возвращеньи войск назад,
опоздаем-ринется к ним государь
и назад их приведет он сам
заговор смирять.
Императрица
С приказанием вернуться
нужно манифест отправить, разумею.
Алексей Орлов
Разумеется.
Екатерина Алексеевна
Только первый день решений,
а они с трудом даются.
Все же, как удачно повернется, что тогда?
Алексей Орлов
Обстоятельства покажут,
а покуда присягают-мы сильней.
Поглядим, что он замыслит,
как себя спасать сберётся.
Если же поддержников найдёт
Григорий Орлов
Мы их разобьём.
Сцена вторая
Пётр III , Лизавета Романовна, Дмитрий Волков, Андрей Гудович, несколько голштинцев плывут на корабле в Кронштадт.
Пётр III
Думает, что переиграет царя
девка испорченная,
пороху всем задам,
когда приведу войска.
Суть два
мои
полка:
Астраханский и Ингерманландский.
Волков
Причаливаем уж,
что-то припрятал про нас Господь,
али помощь
али
сильных врагов.
звуки пальбы с берега
Берег залпом даёт огонь-
Господь припрятал врагов.
Пётр III
(кричит на берег)
Отчего по царю палят пушки,
отчего царь гоним, бездушные?
Именем деда своего заклинаю,
вы же мне, царю, присягали,
засим вызываю
два свои полка
Астраханский
и Ингерманландский.
(с берега доносится)
Нет у нас царя,
а есть царица-
венчанная Божья помазанница.
корабль царя еле-еле укрывается от ядер и мчится прочь от Кронштадта
Андрей Гудович
Царю, твои войска под Помераньей,
отправимся туда, решай.
Это последняя надежда.
Дмитрий Волков
Ея депеши там побыли прежде.
Царю, вот верное решенье-
Великий Фридрих, твой союзник.
Беги на Родину, укройся
беги, укройся, мы с тобою.
Пётр III
Сбежим, укроемся, на кой?
Кому низложенный правитель
я, за границей буду нужен?
Я-император, не унижусь
она подкупит всех союзников,
и выдадут меня живого
аль мёртвого, да все же выдадут.
Кто знал, что женщина способна
всю жизнь мою коварством выпоганить?
Так возвращаюсь в Орьенбаум,
хотите-будьте подле, нет же
к ней уходите, нынче выгодно,
иначе после в ссылку выгонит.
И не подумайте за слабость
мне положение открылось,
когда в Кронштадте пушки выпалили,
по мне
судьба моя свершилась.
все вместе отправляются в Ориенбаум.
Сцена третья
Императрица Екатерина Алексеевна, братья Орловы, Фёдор Барятинский
Императрица
Мысли мои страшны,
как любовницы Петра Третьего,
что выдумает он в отместку,
памятуя о престола потере?
Алексей Орлов
Ума не хватит козни сочинить.
Фёдор Барятинский
Жизни его лишить-
вот выгодно и должно.
И не будет альтернативы
войску и простолюдинам,
ежли ты им, государыня,
в чем-то не угодишь.
Императрица
Вздернуть?
Федор Барятинский
За кровь кровью.
Императрица
Коронованного
внука Петра венчанного?
И в разумах будет увековечена
жена-мужеубийца.
Григорий Орлов
Живехонек- славное убивище,
не императрицы, нет,
лишь Софии Августы Фридерики.
Фёдор Барятинский
Если жив он-гибель славной России,
из-за человека, не стоящего трёх фиг.
Григорий Орлов
Подумай, императрица Екатерина,
горсть голштов в Орьенбауме ныне
берегут его, охраняют,
от полка не уберегут.
Алексей Орлов
Пошли, государыня, войско
схватить и закрыть в Ропше,
вот что делать наперво должно-
тем лучше,
чем скорей.
Императрица
Закрыть
и беречь зорко,
спокой обеспечить глупому,
пару лет соблюдем- отпустим,
коль не сгрозит смутой.
Так возьмите,
везите в Ропшу
лакеев к нему приставьте,
фаворитку не отдавайте
её замуж выдам втайне.
Сцена четвертая
Ориенбаум. Пётр III и Лизавета Романовна
Пётр III
Я обещал, что ты будешь царицей,
ты будешь спутницей изгнанника,
если изгнанник твой,
милостью Божьей, жив останется.
Желать тебя день и ночь
царю должно было быть пугающе,
нет, я великое зло сотворил бы
из-за непомерной страсти.
Однако, не сотворил,
но сотворит она,
все увидишь,
моя несостоявшаяся жена.
Лизавета Романовна
Когда увидела тебя впервые,
разве я знала, что ты царь?
У неё сердце доброе,
она отпустит нас.
Отпустит-и уедем,
куда?
а важно ли разве?
отдаленная область найдется
в бесконечном нашем русском царстве.
И семьёй заживем, уедем
отрекись- и уедем, царю,
фамилию возьмешь новую
её я приму при венчании.
Не вина твоя,
успокойся, тщеславие,
так судьба распорядилась.
Нет твоей вины
в том, что переворот свершился.
Пётр III
Есть.Глупа ты,Лиза,
хорошо, что ты не царица.
я-Романов, мне за эту кровь
с нею под одним небом не ужиться.
И не тешь пустыми надеждами
приласкай напоследок отчаянно,
опустишься на колени перед моим гробом,
но будет поздно.
Лизавета Романовна
Страшны твои слова,
не слышать бы тебя.
Пётр III
В том не моя вина.
Никто с тобой не даст спокою,
разлучат, а потом погубят,
лишь на закате жизни буйной,
стал трезво мыслить.
вбегает слуга
Слуга
Атакуют!
Ориенбаум атакуют измайловцы, входят братья Орловы
Алексей Орлов
Императорским приказанием
арестовывается великий князь
для последующего пребывания
в Ропше на государственном содержании.
Пётр III
Так что-ж,
каковы условия?
Чай не солдата арестовываете,
со мной отправятся приближенные:
генерал, секретарь, и графиня Воронцова.
Григорий Орлов
Никто с тобой не отправится.
Сопротивляйся-не справишься.
Понеси за самодурство одиночество.
Алексей Орлов
(шепотом Петру III)
Послушайся, государь,
дождись следующей ночи.
Ободрись.
Доверься мне.
Пётр III смущен такой речью, его арестовывают.
Лизавета и прочие подавлены, остаются в Ориенбауме.
Сцена пятая
Ропша. Вечер следующего дня.
Пётр III под присмотром камердинера прогуливается по саду, собирает цветы.
Пётр III
Растут желтые,
цветы огромные,
бутон с монету.
Нагнусь-сорву,
бедной своей возлюбленной пошлю.
Камердинер
(про себя, с хохотом)
Оценил возлюбленную
придурковатую Елизавету
в куриную слепоту.
появляется Алексей Орлов, отпускает камердинера, тихо зовет Петра III
Алексей Орлов
Государь!
Не странно ли тебе, что я ей присягал,
но зову тебя «государь»?
Пётр III
Знаю тебя,
самый коварный из заговорщиков,
что еще замыслил?
Алексей Орлов
Тебе свою помощь.
Пётр III
Не лицемерь, отойди, знаю
через кого заговор замышлялся,
не она, не Григорий, ты-
голова смуты.
Алексей Орлов
Это так,
но теперь мне кажется,
не чины получу-порицание,
преступленье один понесу-
народу нужен будет виноватый.
Её смута
короновала,
но как-будто она не причастна,
гвардейцы во главе Орловых,
Орловых-сместителей царских.
Я теперь
не поверну
обратно,
но рока избегнем:
они думают, что тебя убьют,
но я не дам-
ты исчезнешь.
Исчезнешь,
затеряешься
средь бесконечного царства русского.
Так тебе говорила возлюбленная?
Пётр III
Ты мог быть бы могучим союзником,
только я-то тебе не верю.
Алексей Орлов
Передумай.
Что скажешь на это?
передает ему письмо от Лизаветы
Пётр III
(читает про себя письмо)
«Теперь я плакать
не способна,
тело все сотрясается вздрагиваниями,
черты прекрасные
безумеют,
я и не знала, что так сильно тебя люблю.
Я тебя зову
в полубреду
неужели ты не слышишь»
Пётр III заканчивает читать. Еле-еле сдерживает рыдания
Алексей Орлов
И никто,
слышишь, царю, никто,
не отдал бы тебе от неё письмо.
Отчего?
оттого,
это государыней запрещено.
Я тебе о своей выгоде сказал,
выгода полагается хитрецу,
тем паче,что выгодно не быть убийцей,
всю жизнь нести свою вину.
Так что мне выгодно тебя спасти.
Пётр III
(c улыбкой)
И козырь моей жизни держать против неё в рукаве.
Алексей Орлов
Испытания пошли на пользу.
Пётр III
Я поздно поумнел.
Алексей Орлов
Но поумнел,
значит позволишь себя спасти.
Ни вина не вкушай ныне,
ни других ястей:
отравлено все медленнодействующим ядом.
Пётр III
Вкушать
и пить не стану.
Надежду мне даешь на жизнь.
Алексей Орлов
Значит, вот когда бежим:
назавтра,
после полудни.
Не вкушал, царю, ничего ты круглые сутки
и не смей.
Пётр III
Опасность через яд сразумел.
Алексей Орлов:
Отреченье писать заставят-
мужественно напиши,
она,его получив,
с меньшей охотой искать тебя станет,
когда
бежать станем.
Пётр III
А убийство мое она одобряет?
Скажи.
Алексей Орлов
Заточенье тебе определяя,
она против убийства не протестовала,
протестовала
против своего за сие ответа.
Сцена шестая
Императрица Екатерина Алексеевна и Григорий Орлов.Утро следующего дня. Дворец в Петербурге.
Григорий Орлов
Государыня,
отошли к брату.
Один он с голштом,не считая охраны
Отошли.
Императрица
Зачем?
Григорий Орлов
Свезу ему лекаря,
вдруг околеет, змей проклятый.
Императрица
С чего колеть ему
и с чего тебе в Ропшу рваться?
лучше рассуди, как с героями переворота рассчитаться.
Вы с братом -графы теперь,
почестей достаток?
Григорий Орлов
Граф, но скоро буду император.
обнимает ее
Отошли в Ропшу
Императрица
Зачем в Ропшу?
Отошли лекаря, сам будь при мне,
не нужно тебе в Ропшу.
Что-то задумано, что без тебя там не сбудется,
что-то такое, что представить боюсь,
представляю смутно.
Григорий Орлов
(про себя)
Смутил её,
подозревает чтой-то,
приму беспечный вид,
но на душе неспокойно.
Догадается- лживо отговаривать начнет,
И ей, и нам, выгодно, чтобы он был мертв.
Награду рассудим,
и стану спешить,
голшту грядущий день
не пережить.
Императрица
Потёмкину дам попоручика
и всех преображенцев подниму в звании.
Потёмкин умен и храбр,
Такие мужи-государства
достояние.
Григорий Орлов
С чего ты так об нём?
Императрица
Да то,
что если б он
не был
с преображенцами,
слова мои не славой,
а травой опоросли б.
Всколыхнул полк!
Григорий Орлов
Исторически отблагодарен будет,
и на том про него забудь.
передает императрице Петрово отречение от престола
Брату моему поместье подари,
нас, не Потёмкина благодари.
Императрица
Как же удалось Алехану,
взять отреченье у буяна?
Григорий Орлов
Хитер,
но без Петровых истерик не обошлось:
велико озлившись,
он сотрясся телом,
с размаху табуретом
хватил о стену.
Уселся на пол,
что панталоны продрались
прорвались
зеницы его слезами.
Императрица
А сейчас
Пётр не опасен?
Григорий Орлов
Опасен.
Императрица
Чем?
У него треволнения все
не
за пределами черепа.
Это был не ответный шаг,
это была истерика.
Григорий Орлов
Опасен тем,
что почестей требует прежних
Божьим гневом грозится,
да тем, что людям внушает жалость,
да уважения малость.
Нет, без меня ускользнет
надо его охранить,
от бестолковых попыток
людей сердобольных
на гибель ему
его освободить,
ведь
при попытке бегства
его полагается
казнить?
Императрица
Он никуда не сбежит.
Григорий Орлов
И все ж?
Казнить?
императрица молчит
При попытке бегства
казнить?
Императрица молчит. Григорий Орлов отправляется в Ропшу
Императрица в волнении идет одна по коридору.
Императрица
Пётр угроза новой смуты,
угроза смуты.
Вина
не будет прощена,
будет ли искуплена?
Навстречу императрице выходит Григорий Потёмкин и тут же бросается перед ней на колени, целуя край её платья
Григорий Потёмкин
Государыня, образ милый,
зренье напрягаю
до сотрясения глаз,
вижу поступь твою царственную,
ты волей моей обладаешь,
вижу тебя
мыслям былым черным наперерез.
Императрица
(рассеянно)
За что ты на коленях
передо мной стоишь,
быть может,
мне в эту минуту на коленях стоять след.
Григорий Потёмкин
За народ русский?
Императрица
(рассеянно)
За вины тяжкий груз.
Скоро ты обо всем узнаешь и все поймешь,
с твоим умом не понять-срам.
Григорий Потёмкин
Я это предвидел, когда преображенцев поднимал.
Императрица
(приняв серьезный вид)
Предвидел что?
Григорий Потёмкин
Государыня,
раз смягчившись,
не заковывай сердце в чугун,
только сам Пётр не знал,
что может случиться с ним, с Петром.
Не казнись,
вину миллионов на себя берешь,
в этом отличие
вину миллионов не взял бы на себя Пётр.
Императрица гладит его по голове, Потёмкин в упоении целует её руки.
Императрица
(грустно,с нежностью)
Не было только что этого разговора,
не заглянул ты только что в мою душу.
Новым указанием попоручиком будешь,
и в Швецию послом поплывешь.
императрица быстро уходит, Потёмкин один
Григорий Потёмкин
Мне, попоручиком?
За что ты жалуешь, фаворский свет?
за что ты жалуешь,
тогда как сердце в пыль?
Застелен разум по земле имперской,
он надрывается клятвою дерзкой:
слуга-стране,
раб-ей.
Люблю сильнейше
сильнейшую.
Сцена седьмая
Полдень следующего дня. Ропша. Братья Орловы, Фёдор Барятинский, солдаты
Григорий Орлов
Хорошо ты, брат, сочинил
при угрозе побега -
дело решить,
иначе
кто-то другой побег мог ему предложить
и дело очень невыгодно поворотить.
Алексей Орлов
Ничего
мне не говори.
Постылая человечность! Я додумался до того,
что всем сердцем
жалею его.
Фёдор Барятинский
(Алексею Орлову)
Станем стеной
а вы выходите через чёрный ход,
(всем)
мы все помним, что каждый клялся нанести удар.
Алексей Орлов
Этакой жестокости
не заслуживает Пётр,
пощадим царский сан?
Григорий Орлов
Поздно думать.
Полдень.
Время исполнять план.
Алексей Орлов уходит к Петру
Сцена восьмая
Возле ворот Ропшинской крепости
Алексей Орлов, Петр Федорович, свергнутый государь
Алексей Орлов
Государь, все готово.
Пётр Федорович
Перекрещусь с тревоги.
Тетка будто шепчет мое имя,
и вспоминается мне Екатерина.
(обращается мысленно к Екатерине)
Всякую нежность глупую
равнодушно принимала ты,
честолюбивая,
ты не приняла монаршьей любви.
Всяк, кто чувства в душе таит,
безрассудно при проблеске надежды обнаруживает,
тебя пугали чувства мои неразумные
наследник престола присягал тебе пуще власти и оружия.
Глупая нежность не тешила замыслов твоих,
я ниже тебя был.
Валяется у корыстия
в ногах искренность
Алексей Орлов
Царю, время, бежим.
Пётр Федорович
Бегу, спешим.
Возле тайных ворот наперерез им Григорий Орлов и Фёдор Барятинский
Фёдор Барятинский
Держи его,
хватай за ворот,
хватай паскудного
рукавицею,
сшибай шапку
под ноги его, проклятого голштинца.
Пётр Федорович
(глядя Алексею Орлову в глаза)
Я догадывался.
Алексей Орлов смотрит виновато
Мне было нечего терять.
Догадался о ловушке, когда тетка позвала.
Умоли Катьку,
чтобы Лизу не тронула,
пусть супруга ей найдет,
любимой, доброго.
Гляну на небо-
повисло плотное
серое, дымное
тучи разорваны.
Небо стоит, опускаясь как-будто
к Екатерине беспутной.
Убийцы движутся к Петру
Небо мое!
что ухмыляетесь?
Что мой мундир,
немецкий разрываете?
Небо не то,
небо не там,
небо короной забрала Екатерина.
Алексей Орлов
(брату)
Он под небом разумеет империю.
Неоцененную, ныне потерянную.
Фёдор Барятинский
Окончим дело.
бьет его
Кулаком по брови,
локотьем под сердце
проткнуть, что задыхается.
бьют все
Григорий Орлов
Хрипит, кашляет,
живой едва ли.
Алексей Орлов
Погибает.
Григорий Орлов
Колени согнул он
перед русской гвардией,
почитавший вражескую армию,
ком крови и грязи
сапог солдатских.
Так-то возлюбляют
короля Фридриха.
Пётр Федорович
Теперь рожицы
перед глазами летают
красные,
блестящие, овальные.
Не солдаты-
судьба мне язык высовывает,
вассалу возвышенной Пруссии.
умирает
Григорий Орлов
Алехан,
пиши записку императрице,
не надо лекаря:
околел больной-не зажился.
Сцена девятая
Горожане
Горожанин первый
Слыхали что,
царь-то
умер в Ропше от
бесконечных обжорств и опийств?
А все-таки царь,
его жаль.
Горожанин второй
Умер,
аль помогли,
свергли, да погубили.
Горожанин третий
Они, цари, как порешили-так будет.
Ежли убила царя царица,
так что сделаем мы?
ничто, прости Господи.
Империя
© Copyright: Кристина Трост, 2026
Свидетельство о публикации №126070106070
Свидетельство о публикации №126070106070
Рецензии
