Юмор не знает границ

   Вышел июльский (№93) номер международного юмористического журнала Fenamizah (редакционный директор Азиз Явуздоган), где на английском и турецком языках опубликована моя юмореска, которую я и предлагаю вниманию читателей на русском.
               
                КАЛИФ НА ЧАС
   Антон Гапочкин возвращался домой усталый, но донельзя довольный. Усталый потому, что в поисках необходимой ему зимней шапки пришлось обегать полгорода, а довольный оттого, что шапку он все-таки купил.
   Возле автомата газводы Антон остановился. Пить ему не очень хотелось, просто здесь не было очереди.
   Следом подошла женщина в легком сарафане. Лет тридцати. Симпатичная, стройная, со светлой косой, переброшенной через обнаженное плечо. Антон не обратил бы на нее внимания, если бы не улыбка. Лукавая, загадочная, с непередаваемым женским обаянием. Подобную улыбку Гапочкин, помнится, видел на картинках с изображением особы по имени Лиза.
   Несмотря на то, что Антон за хозяйственными заботами потерял к женскому полу интерес, сердечко у него вдруг екнуло. И голова закружилась. Незнакомка ушла, а Гапочкин все не мог освободиться от нахлынувшего на него чувства, давно забытого и такого сладостно подмывающего.
   Со второй женщиной Антон чуть не столкнулся, когда заходил в подъезд своего дома. Вернее, это была еще очень юная девушка. Оправившись от неожиданности, она взглянула на Гапочкина и вдруг прыснула со смеху, отчего монголовидные глаза девушки превратились в щелки.
   "Какие глазки!", - умиленно подумал Антон. А вслух сказал: "Вы как огурчик". Девушка снова рассмеялась и убежала.
   Этот смех долго стоял в ушах Гапочкина, вызывая мысли одну приятнее другой.
   "А ведь рано я на себя махнул рукой, - подумал Антон. – Вон еще как глазки строят! Сорок два года всего, а я уже стригусь под полубокс, как… как полудурок. Надо бы патлы подлиннее отпустить".
   …Супруга Тамара открыла мужу дверь и ахнула.
   - Ты так и шел? – спросила она.
   Антон поднял на жену глаза, в которых еще играли отблески разбуженного чувства.
   - Вот, - протянул он коробку, перевязанную бечевкой.- Шапку купил.
   - А на голове у тебя что?
   Гапочкин недоуменно повернулся к зеркалу и увидел свое отражение в рыжей лохматой шапке с болтающейся на ниточке этикеткой. Мгновение супруги вопросительно смотрели друг на друга, затем, не сговариваясь, принялись лихорадочно вскрывать коробку с обновой.