1360 год

Тянется грунтовка на Ханабад.
Сапёры сняли минный заряд.
Пот льёт градом, заливая лицо.
Водила залип в лобовое стекло.
Слово "душман" режет, как нож.
Наш молдован был чем-то похож.
Небо залил кровавый закат.
Не спать, молодой, а то схватишь приклад.

Тысяча триста шестидесятый год.
По строкам Корана Афган ведет счёт.
В минарете мулла к джихаду взывал.
Но, хлеб от кафиров он принимал.

Под чёрной чалмой
ядовитый взгляд.
В пальцах чётки, сонно, висят.
Хитры и чумазы бачата-волчата.
Цыганят "хабар", с брони, у солдата.
За дувал без спроса шагнул — харАм.
На чужую жену загляделся — харАм.
Из кяриза воду набрал — харАм.
Куда ни кинь — амба, братан.

Тысяча триста шестидесятый год.
По строкам Корана Афган ведет счёт.
В минарете мулла к джихаду взывал.
Но, хлеб от "кафиров" он принимал.

Будто бы нефтью измазаны горы.
В любом кишлаке есть тайные норы.
Мимо ползёт бурбухайка чуднАя,
Местное такси – так называют.
Рация хрипнет, удушающий зной.
Сто дней до приказа — тянет домой.
Тень за спиной мелькнула в камнях.
Здесь жизнь не стОит даже пятак.

Тысяча триста шестидесятый год.
По строкам Корана Афган ведет счёт.
В минарете мулла к джихаду взывал.
Но, хлеб от "кафиров" он принимал.

Харэ резину эту тянуть.
Сбросить "кирзачи" да бражки хлебнуть.
Дофига всего в местных дуканах.
Только "чеки" не жмут наши карманы.
В письме написал: жру бананы,
купаюсь.
Любуюсь природой
в джинсах "Монтана".

Тысяча триста шестидесятый год.
По строкам Корана Афган ведет счёт...
В минарете мулла к джихаду взывал.
Но, хлеб от "кафиров" он принимал.

Тысяча триста шестидесятый год.
По строкам Корана Афган ведет счёт.
Последнюю рубаху снимали с себя.
Отдавали даром. Оказалось, что зря.

Тысяча триста шестидесятый год.
По строкам Корана Афган ведет счёт...

Тысяча триста шестидесятый год.
По строкам Корана Афган ведет счёт...

По строкам Корана Афган ведет счёт...

01.07.2026