Неоново-азуровая слякоть и свалка бытия

Суккубы бренной настольгии
Сжигают синие сердца
На пике жёсткой индустрии
Мы ждём кипучего конца

Над головами - небоскрёбы
А под ногами - мать земля
И в лужах плавают амёбы
Сыреют наши тополя

Одни средь ночи и печали
И повелитель говорит:
"Начнём!" А мы и не кончали
Среди седых могильных плит

Гудки печальны телефона
И сводит будто бы с ума
Сияние яркого пиона
Когда кипят вокруг дома

На свалке старых убеждений
Где массы плачут под дождём
Плавучий дом нагромождений
Горящий мусорным огнём

В метро, под поездом огромным
Лежит очередной юнец
А под пригорком автономным
Лежит всевидящий конец

И будто смысл обретает
Абсурдность города сего
Но за секунду быстро тает
Когда находите того

Кто знает всё и ничего
Кто всё умеет неумело
Где нет чужого, моего
Где шаг за шагом - тоже смело

При всём при этом пелена
Такая тёплая, густая
Сгущает краски, муки сна
И стадо овнов - наша стая

Легализованные будни
Лакрично-чёрного жития
Заплесневенчатые студни
И труп речного воронья

Среди пустых сих изречений
И букв в неведомых горах
Карман горячих ополчений
Но их оказалось липкий страх

Куда теперь идти, податься
Коль слабый сильного убьёт?
Или и вовсе нам отдаться
Когда наступит вечный гнёт

Какой неоновый азур!
И городские штукатурки
И в головёшках старый бур
Играет в горечные жмурки

Сырая мякоть слез и слов
И бренный камерный обычай
Всегда смотреть. Но не готов
Сор в даль глядеть, руками тыча

В глаза неправельных людей
И это всё - из года в год
И приговор, и свой злодей
Немая слякоть вечный вод