Вася и Майбах 2

После того как сова поправилась, а тень из чащи унеслась прочь, Вася с Майбахом поехали дальше по лесной дороге. Только теперь Вася уже не удивлялся, если Майбах вдруг сворачивал туда, где, казалось, и дороги-то нет. Он знал: у машины свой нюх на тех, кому нужна помощь.

Ехали они, ехали, и вдруг Майбах тихонько фыркнул и замер у поваленного дерева.

— Чувствую тут кого-то, кто очень старается быть тихим, а получается только дрожать, — прошелестел он бархатным голосом.

Вася прислушался. И правда: за деревом кто-то всхлипывал — тихо-тихо, будто боялся, что его услышат и прогонят.

— Эй, не бойся, — крикнул Вася мягко, чтобы не напугать ещё сильнее. — Я не обижу. Тут со мной друг надёжный — Майбах. У него фары как два солнца, а сердце доброе.

Из-за дерева выглянула мордочка — не лисичкина, не совиная, а совсем новая. Это был барсучонок. Глаза у него были огромные, а лапки дрожали.

— Я… я хотел маме грибов собрать, — пролепетал барсучонок. — А потом услышал, как в кустах кто-то шуршит, и так испугался, что забыл, где дом. А теперь ещё и корзинку потерял…

Вася тут же присел на корточки, чтобы быть не таким большим и страшным.

— Ну вот, теперь ты не один. Сейчас мы всё найдём. Правда, Майбах?

Майбах включил мягкий свет — не яркий, чтобы не слепить, а такой, будто в лесу зажглись маленькие фонарики. И тут же в траве блеснула плетёная ручка корзинки.

— Ура! — обрадовался барсучонок и тут же снова пригорюнился. — Только я всё равно не знаю, где наш барсучий дом.

Тут из кустов высунулась ещё одна мордочка — на этот раз ежиная. Ёжик был постарше, важный, с колючками, будто в доспехах.

— А я знаю, — буркнул ёжик, но в голосе у него слышалось облегчение. — Это Тимка, сын тётушки Барсучихи. Она уже поллеса обегала, ищет его. Я как раз шёл её звать, да сам чуть не заблудился.

— Тогда мы все вместе найдём! — обрадовался Вася.

И они пошли: впереди ёжик — он хоть и маленький, а дорогу знал отлично; рядом семенил Тимка, крепко держа корзинку; Вася шёл следом, чтобы никто не отстал; а позади мягко катился Майбах, освещая тропинку и тихо мурлыча, будто напевал спокойную песню: «Не бойся, мы рядом».

Скоро они вышли на уютную полянку, где у большого пня стоял домик с окошками, из трубы шёл дымок, а на крыльце стояла взволнованная барсучиха.

— Тимка! — вскрикнула она и тут же схватила сына в объятия, прижала к себе и даже чуть всплакнула от радости. — Где же ты пропадал?

— Прости, мамочка, — пробормотал Тимка, уткнувшись ей в бок. — Я хотел быть полезным, а только всех напугал.

Барсучиха подняла глаза на Васю и Майбаха.

— Спасибо вам, — сказала она тихо, но очень твёрдо. — В лесу бывает страшно, когда ты маленький. Но когда рядом есть те, кто не торопится, кто светит, но не слепит, кто просто идёт рядом — страх становится тише.

Майбах будто слегка поклонился фарами, а Вася улыбнулся:

— Да ладно, это же просто дорога. А по дороге лучше идти вместе.

Тут из-за пня выглянул ещё один зверёк — совсем крошечный, пушистый, с большими ушами. Это был зайчонок. Он помахал лапкой и пропищал:

— А можно я с вами немножко пройдусь? Мне до дома через эту тропу, а одному как-то… ну, знаете.

Вася рассмеялся:

— Конечно можно! Чем больше попутчиков — тем веселее дорога.

И так они шли ещё немного: барсучиха с Тимой, ёжик, зайчонок, Вася и Майбах. Лес уже не казался тёмным и чужим — он был полон голосов, шорохов, чьих-то маленьких историй, и каждая из них становилась чуть светлее, потому что рядом были друзья.

Когда они проводили зайчонка и попрощались с барсучихой и ёжиком, Вася сел в Майбах и вздохнул — но не устало, а как-то по-хорошему, глубоко.

— Знаешь, Майбах, — сказал он. — Я думал, волшебный автомобиль должен мчаться по облакам или делать что-то очень громкое. А оказывается, волшебство — это когда ты вовремя замечаешь, что кому-то страшно. И просто едешь рядом.

Майбах мягко тронулся с места и прошептал:

— Вот именно. А лес всегда благодарит за это новыми друзьями.