Распахнутые окна

          Ирине Михайловне Бируля (20.12.1944 – 24.06.2026)

Окно как сцена, сцена как магнит.
Любой предмет достоин декораций.
Вся жизнь - театр, и многих он манит.
Немногие способны там остаться.

Утюг, машинка, бабушкин платок,
Тревожный отблеск петербургской ночи,
Ботинки папы... Каждый одинок,
Но в темноте тепло нашарить хочет.

Сквозит фонарь в разбитое стекло,
Бьёт Исаакий лунный свет как блюдца.
Тьма не всегда синоним слову "зло":
Она - среда полетов петербуржца.

Картины, выходящие за холст, -
Как мир, не помещающийся в раму.
Мазок - перст божий: вроде бы и толст,
Но только он показывает драму.

Любой спектакль имеет свой финал,
Хоть так хотелось бы его назвать антрактом.
Пустая сцена, опустевший зал,
Что был шедевр, доходит лишь постфактум.

Как много тех, кто жизни луч пройдя,
Так и остался незаметным залу.
Но есть и те, кто в пелену дождя
Был верен ремеслу и карнавалу.

Навеки память сохранит их лик.
Картины - как иконы для служенья.
Душа ликует, видя взглядов блик.
А значит - ожидаем продолженья!