Гриновское

По прежнему в каждой из женщин
всё также живет-поживает
Ассоль.
И мечтает-мечтает,
героя весь день поджидая.
Так с каждой… Лишь больше иль меньше.

Уральские горы когда-то слегка отодвинули море.
И Грей, как обычный прохожий, по улице с ветрами споря,
идёт как бредёт без фуражки,
но кожа лица - под загаром.
И складки рубашку лишь морщат.

Ассоль глаз опять не поднимет
и просто пройдет себе мимо.
В своей   торопливости мнимой,
другое примеряет имя.
Глазами лишь в небе поищет,
себе не сказав, ищет парус.
И взглядом тревожным проводит влюбленные пары.

Ах, Грей, поскорее примерьте не китель, хотя бы тельняшку,
начистите туфли до блеска, еще поменяйте рубашку.
Фуражку, но белую очень, вы в правую руку возьмите.
И летним бульваром пройдитесь.
Ассоль вы заметите скоро,
она хороша и бесспорно
она бесподобна, когда вы в глазах ее взрослых,
но самую капельку детских
прочтете: а средство
такое вот средство бывает,
которое заставляет двух разных людей
вот так поскорей
друг друга узнать?
И дальше вдвоем по жизни и плыть, и шагать…