Наедине с собой

Но кто же я, кто ты в пределах этой вечности?
Ты никогда не спрашивал себя?
Дитя бездумной инфантильности, беспечности,
Или с правами короля или ферзя?

Хотел ли ты когда-нибудь узнать,
Реально себе собственную цену,
Не ту, которой ценит тебя мать,
Ты ей дороже жизни и Вселенной.

Не спрашивай об этом зря врага,
Ему и ржавый грош тебя дороже,
Не пустит на свои тебя он берега,
Лишь утонуть заботливо поможет.

В эпистолярном жанре много фальши,
Обычный обоюдный нарциссизм,
Понять пытаясь, ты устанешь раньше,
Пустой и бесполезный механизм.

Лишь сам себе ответить сможешь,
Предельно честно, справедливо,
Наедине с собой всё подытожишь,
Как есть, не стыдно и не горделиво.

Но мне гораздо интересней то,
Что каждый в мыслях ненавидит,
Того, кто знает о нём почти всё,
Того, кто также думает и видит.

Себя за что-то иногда досадно,
Ругаешь прямо и самокритично,
И всё бы ничего, и всё бы ладно,
Но кто-то тоже видит всё отлично.

Все твои слабости и недостатки,
От глаз чужих ты хочешь скрыть,
Для них твои все неудачи сладки,
Да, люди таковы и их не изменить.

Те, кто привыкли правду говорить,
Должны ещё привыкнуть и к тому,
Что даже дружбы оборвётся нить,
Услышать правду неуютно никому.

История смешная вспоминается,
Как негра пригласили европейцы,
И вот, застолье чинно начинается,
Радушны и спокойны пока немцы.

На пике выпитого стал им братом,
Гость чёрный и желая закрепить,
Настрой благой, отборным матом,
Взялись фашизм и Гитлера хулить.

Самокритично, жёстко обсуждали,
Себя и свой народ ночь напролет,
Настойчиво и долго признавали,
Что, мол, виновны на века вперёд.

А негр ел, пил и вежливо молчал,
Встревать в дебаты не стремился,
Под утро только что-то он сказал,
Дав знать, что с ними согласился.

Это и был его просчёт фатальный,
Ему бы просто промолчать опять,
Но прозвучал аккорд финальный,
Его толпою стали просто избивать.

Вот суть вся человеческой души,
Когда он себя критикует и ругает,
Ты соглашаться лучше не спеши,
Твоё согласие его лишь раздражает.

Все знают о себе всё до конца,
Но похвалу лишь любят слушать,
Мы так устроены и волею Творца,
Храним свои пороки в своих душах.