Афорики 29. 06. 26

Когда подлость оправдывают заботой о детях, не забудем о яблочках от яблоньки и не послужим питанию новейшего поколения подлецов.

Справедливость и дружба порождают друг друга.

Можно пообещать себе быть человеком удовлетворённым и благодарным, чтобы никакая подпись не пролезла в душу, прикрываясь мотивацией.

От мужчин требуется высокий рост для того, чтобы упростить выбор: настоящее здоровье- среди здоровяков.

История, как змея, виляет вправо и влево и временами сбрасывает кожу.

Порядок на столе - порядок в голове, и может быть не стоит убирать со стола и из головы инструменты.

Разве беспорядок не в порядке вещей?

Уберите из сказки"Аладдин" Аладдина, и получится честная история власти.

Беспорядок бесконечно разнообразен, а порядок должен застыть, как натюрморт.

Читаем книги о том, чего нет, чтобы навести порядок в сновидениях, там чего только не было.

На всякое настроение нужно своё разрешение. И кто заистеричил однажды, тому это позволено всегда.

В юности одиночество губительно, в зрелости уединение спасительно. В юности себя собирали из того, что встречали, в зрелости душевный порядок нарушается всяким, кто встречается.

Соблазн отклониться от истины и идеала создают люди, легко быть безгрешным без них, но  это лишь для того, чтобы натренироваться быть безгрешным для них и среди них.


"Большой" и "боль" – это целое и часть. Боль в нарушении целостности большого.

Боль бывает очень часто, проходит и забывается. Что-то особенное есть в душевной боли, она застревает и помнится.

Счастье и боль - это как газ и тормоз для того неведомо чего, которое управляет нашей телесной машинкой. Когда оно постоянно мягко добавляет газ, всё понятно, а зачем оно долго давит на тормоз?

В душе, видно, есть своё кровообращение, потому что когда душу шлифуют или давят, просто больно, а когда рвут – течёт из глаз.

Любопытно, что иллюзии не мнутся и не рвутся, но разбиваются вдребезги.

Отдых от работы - бездействие, отдых от себя - действие. Как будто душа за телом не поспевает, пока оно не замрёт.

Ответственному вечер не приносит покой, у гиперответственного в пятницу не начинаются выходные.

Одиночество эгоиста сочувствие не вызывает.

Есть уродство, которое бесится из-за производимого впечатления и тем его приумножает, а есть спокойно принимающее грустный факт, и оно вскоре становится незаметным, даже милым.

Вечное бесконечное заглядывает в наш мир через музыку и через неё же может водить экскурсии в свой мир.

Характер - это шкатулка с украшениями из поступков. И когда кто-то упорно примеряет нехорошие поступки, он хочет стать краше с тем, что у него есть.

Тщеславный боится упасть в грязь лицом и потому надолго застревает в том, что другие со смехом пролетают.

Устойчивость и усидчивость в цене, а улёжчивости нет даже среди понятий.

Глядящий виновато в пол возвышенный поступок не заметит.

Любовь, когда глаз не отвести, и никакого расчёта в ней нет, знакома нам по любованию детишками. И всё, что мельче и расчётливее этого - не любовь.

Пока делу не отдано время, не приходит потехи час.

Любовь богатого к бедному естественна, ведь бедный так искренне им восхищается. Восхищение бедного естественно не ведь в богатом так много развитых свойств, к которым бедность в нужное время не подпустила.