Нейробиология сахара

Сахар - это иная история, самая коварная. Потому что он не притворяется нейромедиатором и не блокирует рецепторы. Сахар легально, через эволюционную дверь, активирует древнюю систему выживания, которая вообще-то нужна, чтобы мы не умерли с голоду. И именно это делает его зависимостью чище, чем у многих психоактивных веществ - на уровне поведенческих паттернов.
Отличие первое и главное: сахар не имеет собственных рецепторов. Вкус сладкого - это всего лишь входная дверь. А вся магия разворачивается внутри мозга, когда сахар уже всосался и добрался до центральных цепей подкрепления.

Сладкий вкус - это ложный старт.
 
Когда сладкое касается языка, рецепторы T1R2/T1R3 посылают сигнал в прилежащее ядро (центр "нравится" и "хочу") еще до того, как сахар попал в кровь. Мозг уже по вкусу понимает: "Идет быстрая энергия". Выбрасывается дофамин, вы чувствуете первое удовольствие. Это орексигенный (аппетитный) компонент - он не требует энергии, он требует повторения. В этом коварство: вкус сладкого, даже без глюкозы (например, сахарозаменитель без калорий), дает временный подъем дофамина. Но без последующего энергетического подкрепления рецепторы замечают обман - и тяга к настоящему сахару только усиливается.

А теперь - главный удар: дофамин + опиоиды.
 
В отличие от никотина, который выбрасывает дофамин в центр удовольствия через никотиновые рецепторы, сахар действует через двойную систему. Первое - дофамин (классика). Сахар повышает дофамин в прилежащем ядре. По силе - между кофеином и никотином. Не +200–300%, как у никотина, но существенно выше кофеиновых 30–50%. При этом пик быстрый, а падение - резкое. Через 30–60 минут дофамин падает ниже базального уровня, и мозг требует новой -иглы-.
Второе - опиоидная система (вот что отличает сахар от всего остального из цикла). При употреблении сахара в мозге высвобождаются эндогенные опиоиды - энкефалины. Это собственные внутренние морфины животного. Они дают чувство комфорта, умиротворения и приглушают боль. Причем опиоидный компонент сладкого связан не с "хочу", а с "нравится" - с гедонистическим наслаждением. Сахар успокаивает плачущего ребенка. Сахар заедает стресс. Это не стимуляция, а седация награды. Именно поэтому сахар - идеальный релаксант для миллионов людей. И именно поэтому его сложно бросить: отменяются не только дофаминовые качели, но и внутренняя опиоидная подушка.

Сахар перестраивает центр -хочу- в центр -надо-.
 
Если давать крысе доступ к сахару каждый день в одно и то же время, через 2-3 недели у нее сформируется паттерн компульсивного потребления. Крыса будет налегать на рычаг, даже если не голодна. При этом в прилежащем ядре падает уровень дофаминовых D2-рецепторов - точно так же, как при кокаиновой зависимости. Рецепторов становится меньше, и мозгу нужно больше сахара, чтобы получить то же удовольствие. Аналогия: если вы в пустой комнате с тусклой лампочкой, то просите все больше электричества. Мозг делает то же самое. При отмене сахара (если перестать давать сладкое после 3 недель ежедневного режима) возникает феномен -сахарной ломки-: тревога, сходная с отменой опиоидов (зубы, бегающие глаза, беспокойство), физическая дрожь, снижение температуры тела, агрессия при попытке достать сахар. По классификации поведенческих зависимостей, сахар дает три классических признака вещества зависимости: толерантность (нужно больше), абстинентный синдром (ломка) и компульсивное потребление (вопреки последствиям). При этом нет интоксикации в юридическом смысле - и это главная причина, почему сахарную зависимость до сих пор признают не все.

Почему от сахара сложнее отказаться, чем от кофе, но легче, чем от алкоголя?
 
Кофеин - дискомфорт 5-9 дней, полное восстановление за 2 недели. Не трогает опиоидную систему. Сахар - активная ломка 3–7 дней, а тяга к сладкому может сохраняться месяцами, особенно при стрессе или усталости. Потому что сахар вшивается в стрессовую ось: кортизол повышает желание сладкого, сладкое снижает кортизол - разрыв этого круга требует сознательной перестройки эмоциональных привычек. Алкоголь - может иметь опасную физическую отмену (судороги, белая горячка), чего у сахара нет. Но по компульсивности сахар в экспериментах на животных бьется с кокаином в равной весовой категории. Удивительный факт: если дать животным выбор между сахарозой и внутривенным кокаином, большинство выбирает сахарозу. Сладкое побеждает кокаин в модели самостимуляции.

Метаболизм и нейровоспаление: скрытая угроза.
 
Хроническое потребление сахара (не природного из фруктов, а добавленного - сахароза, фруктозный сироп) меняет работу астроцитов - клеток, которые убирают избыток глутамата из синапсов. Глутамат - главный возбуждающий нейромедиатор. Когда астроциты перегружены, в синапсе накапливается глутамат, что приводит к хроническому возбуждению нейронов, оксидативному стрессу и воспалению. Практический итог: через 2–3 месяца регулярного избытка сахара ухудшается пространственная память, снижается нейропластичность в гиппокампе (центр памяти) и растет риск депрессии. При этом связь депрессия ; сахар - двунаправленная: депрессия вызывает тягу к сладкому, сахар усугубляет депрессию через воспаление.

Можно ли -защититься- или отвыкнуть?
 
Генетика. Люди с вариантом гена рецептора дофамина DRD2 (Taq1A) имеют меньше D2-рецепторов от природы - они в зоне риска по сахарной зависимости и перееданию. Восстановление. Снижение дофаминовых рецепторов при сахаре обратимо. Через 4–6 недель воздержания от добавленного сахара чувствительность дофаминовой системы возвращается к норме. Но опиоидная память (сладкое = комфорт, безопасность, любовь) остается - ее ломать дольше. Временной ключ. Клеточные изменения при сахаре длятся недели, а поведенческие триггеры (печенье к чаю, десерт после стресса) - годы. Именно поэтому простой совет -меньше есть сладкого- не работает без замещения. Механизм: сахар дает дофамин + опиоиды одновременно. Замещать можно либо другим дофамином (спорт, хобби), либо другим опиоидным комфортом (тепло, объятия, музыка) - но это индивидуально.

Главное, что вынести.
 
Сахар - не пустые калории. Это легальный наркотик двойного действия: дофаминовый подъем плюс опиоидное успокоение. При ежедневном приеме вызывает толерантность, ломку и компульсию - три признака зависимости. Отмена длится неделями, а триггеры - годами. Сладкий вкус уже сам по себе запускает дофамин до того, как сахар всосался. По нейробиологической силе в моделях на животных сахар конкурирует с наркотическими стимуляторами. Причина - общая конечная мишень: система дофамина в прилежащем ядре. Восстановление: дофаминовые рецепторы возвращаются за 4-6 недель. Опиоидная память комфорта - дольше. Поэтому бросать сахар лучше не через волю, а через замещение пути получения удовольствия.


http://vk.com/neurophysiology