Маленькая вещь

К дверям раскатистого грома
я прислоняюсь под дождём
и слышу музыку надлома
цветных карандашей. А дом,

зашторенных присутствий света,
роняет черепицу крыш
обычной судорогой лета
среди грозы. И где-то тишь,

как чемодан чужой, раскрыта
со скарбом завтрашнего дня,
в котором памятью забыта
вещица мелкая одна...

Забыта будет — значит время
не поминайте всуе здесь;
мне почесать секундой темя
не помешает даже весть

о том, что кончилось начало
в осколках битого стекла...
Да и давно уж постучала
рука создателя, творца

по крышке чёрного рояля
в кустах заплаканной листвы,
и заржавели у вокзала
вагоны пыльной пустоты.

Я вижу мир, как текст событий
и не случайных редких встреч
с другой реальностью. Эпитет
не подобрать и не сберечь.

— Очеловечь судьбу на месяц,
скажи здесь слово про себя.
Как прозвучит оно? Заметят?
Или как прежде, невзлюбя,

смеяться станут под иконой
над глупостью хмельной души —
предпассажиры забубённой
пустопорожней болтовни.

На шпалах полосы металла
закат увозят во вчера —
ему сегодня предсказала
цыганка светлые года;

так что бестрепетно, как солнце,
я жду вращение земли —
стучит, колотится и бьётся
снаружи то, что есть внутри.

На дверь раскатистого грома
начертаны слова — прочти:
НЕ ПРИСЛОНЯТЬСЯ. Буду дома,
спустя мгновение... Почти.